Форум » Библиотека » Читальный зал (продолжение) » Ответить

Читальный зал (продолжение)

Стюша: Просторное помещение с высокими потолками и большими окнами. В ночное время библиотеку освещают факелы. Часть комнаты занимают массивные дубовые столы. И, естественно, присутствует множество стеллажей с разнообразными книгами. Немного поодаль располагается запрещенная секция, которую разрешается посещать только преподавателям и старостам. На доске объявлений, на белом пергаменте было выведено: "Уважаемые ученики! Если Вам требуется какая-либо литература, то убедительно прошу оставлять свои заявки здесь, в читальном зале. [off]выделяйте, пожалуйста, свои требования жирным курсивом[/off]."

Ответов - 82, стр: 1 2 3 All

Радомира Милованова: "Какого черта он смотрит на меня как маньяк?!" - взбесилась Мира. Еще полгода назад она бы сбежала из этой странной ситуации, но сейчас в ней поднялась волна такой ярости, что рассудок помутился, зубы скрипнули, глаза вперились в одну точку: маленький открытый участок шеи под мочкой уха... - Попробуй укусить, если сможешь. Это стало последней каплей. Девушка как-то расслабилась, лицо смягчилось, приняв почти безмятежное выражение. На один миг. В следующую секунду она с рычанием уже летела к его горлу. Зубы вцепились в светлую кожу. Милованова ощутила металлический вкус крови на губах. Но в приступе бешенства она забыла о том, что жажда жаждой, а ни волчьих силы, веса и ловкости ей от природы не досталось. Рамира вспомнила об этом только тогда, когда скрученная в пару незаметных движений Эолом, уткнулась носом в каменный пол читального зала. Парень почти без усилий удерживал её руки за спиной, пока девушка извивалась всем телом, чтобы вырваться. Бессильное рычание рвалось из груди. Мира больно стукнулась подбородком и прикусила язык прежде, чем начала потихоньку остывать. Когда она, наконец, замерла, лежа щекой на прохладных камнях, то голова её снова была пуста. "Какой позор... Зачем ты мучаешь меня?!" "Интересно, при чем тут я? Я не хотел его кусать. Этого хотела ты. А я лишь подыграл тебе, девочка," - услышала Мира такой знакомый насмешливый голос Ррокхарта в своих мыслях. - Что? - задохнулась от возмущения брюнетка, забывшись, вслух.

Эол Олайн: Рамира вспомнила об этом только тогда, когда скрученная в пару незаметных движений Эолом, уткнулась носом в каменный пол читального зала. Парень почти без усилий удерживал её руки за спиной, пока девушка извивалась всем телом, чтобы вырваться. Бессильное рычание рвалось из груди. Мира больно стукнулась подбородком и прикусила язык прежде, чем начала потихоньку остывать. Эол хорошо знал как обезвреживать и успокаивать людей. Но не всегда получалось сделать это как можно мягче и не так больно. Как говорится, раз на раз не приходится. - Что? - задохнулась от возмущения брюнетка, забывшись, вслух. - Успокойся, мы ведь играем в твою игру. Парень расслабил хватку, чтобы не так больно было девушки. - Мира, ты остыла и тебя можно отпустить?, - Олайн прошептал на ушко Рады. - Такие сладенькие ушки.

Радомира Милованова: - К-какую игру? - внутри всё похолодело от этого шепота, и девушка в страхе заерзала по полу. "-Твой новый дружок как-то подозрительно пыхтит над твоим ухом, ты не находишь?" - иронически поинтересовался оборотень, забавляясь над ситуацией. Миру словно огрело. Она была слишком наивна, чтобы заметить такие детали, на которые обратил её внимание Ррокхарт... - Отпусти меня. Не надо никаких игр, - почти проблеяла она от ужаса, вдруг взглянув на всё происходящее с другой стороны. "Может, он, и правда, маньяк? И на самом деле спас меня, чтобы я теперь была ему должна?" - бились в голове панические мысли.


Эол Олайн: - К-какую игру? - внутри всё похолодело от этого шепота, и девушка в страхе заерзала по полу. Парень удивился после слов девушки, - Может у нее раздвоение личности? - Как какую? Эта постановка и нападение на меня в читальном зале. На озере, когда ты шла и заманивала меня своим видом в одной рубашке. Забыла? Олайн отпустил девушку, но не сводил с нее глаз и ждал какой сделает следующий ход тигрица. Опять попытается укусить или убежит от него. Или может отличный вариант от предполагаемых.

Радомира Милованова: Получив свободу, Мира перевернулась на спину и отползла от парня метра на два, пока не уперлась в книжную полку. - Я? Заманивала? - девушка даже покраснела от такого заявления. Всё ещё сидя на полу, она подтянула коленки к груди. Ей вспомнилось тогдашнее безудержное веселье, как легко и радостно танцевалось на льду под лунным светом... - Это неправда! - с отчаянием выпалила первокурсница. - Я не знала, что за мной следят. Нечестно обвинять меня в таком... В глазах Эола плясали чертики, а в уголках губ затаилась ухмылка, отчего Мира поспешно отвела взгляд и вдруг заметила... - У тебя кровь! - ахнула она, подымаясь и хватая парня за руку. - Пойдем! Надо обработать рану! "Интересно, всех ли учеников Тибидохса, я успею перекусать, пока нахожусь здесь?" - риторически вопросила Мира у самой себя. >>Комната Радомиры Миловановой и Веры Гросс

Эол Олайн: - Мм, тогда я ошибся получается, прости. - Интересно какая будет реакция Миры. Парень встал с пола облокотился об книжную полку, капюшоном зажимая ранку. И так особо не придавал значение крови, идет ну идет подумаешь. Сама же и остановится, как это бывало раньше. - У тебя кровь! - ахнула она, подымаясь и хватая парня за руку. - Пойдем! Надо обработать рану! - Хорошо, не против с тобой пройтись. Олайн послушно последовал за Радой, не сопротивляясь ей, все больше входя в роль в спектакле или постановке. - Даже очень интересно стало, что из этого выйдет.

Эрика Максимова: Из коридора с огромными окнами, ага >>> Эрика, таща за собой Владу, ворвалась в библиотеку и тут же направилась к Абдулле, опять сочиняющему проклятие. - Принесла книгу? Почему такая помятая? Проклясть, что ли? - проворчал Абдулла, одним глазом вперившись в тетрадь, другим, переплывшим на нос, раздумчиво разглядывая книгу. - Не знаю, я, наверное, её уронила, а кто-то потом на неё наступил, - с искренним удивлением пожала Эрика плечами. Абдулла было открыл рот, и вдруг противно захихикал. - Ну-ну. Кто-то, значит? Хорошо, принимаю. Полка с книгами по сглазам там, - взмах расплывчатой рукой в сторону стеллажей. - Удачи! - с противной улыбочкой добавил джинн. - Спасибо! - искренне ответила синеволосая (какой милый джинн, всё-таки!), после чего с отеческой заботой спросила: - А тебе не холодно - без одежды-то? Не хочешь плащ? Глаза джинна полезли на лоб. - Ну, не надо, так не надо, - огорчённо проворчала тёмная и направилась к стеллажам, чувствуя, как Влада идёт за ней. - Книга по сглазам... сглазы... - бормотала она по пути. - Так... "Книга о сглазах для начинающих". Не то... "Редкие сглазы"... А, эту книгу я и брала. О! "Очень редкие сглазы"! - обрадовалась Эрика и потащила книгу к столам, чувствуя идущую за ней Радугу. - Сглаз Хико... нет, не то... Цветочный сглаз... Пузырьковый сглаз... мамосглаз... Абри... о, мамосглаз! - Эрика, чуть было не пропустившая описание мамосглаза, вернулась к прежней странице. Сама бы она не остановилась там, но внутри что-то толкнулось, напоминая тёмной. - И зачем он мне нужен? - пробормотала девочка. Внутри протянули: "Не тупи. Смотри скорей, как избавиться от этого ужаса". - "Чтобы избавиться от этого сглаза, нужно выпить 50 миллилитров слёз грешницы, после чего чётко произнести: "МиАкус нарнОкус"", - вслух прочитала Эрика и ужаснулась: - Слёзы грешницы! О боже, какая гадость! И где я это возьму? Внутри нетерпеливо зарычали: "Да поймай тёмного и сунь ему под нос лук, и дело с концом!" - Не знаешь случайно, где их можно раздобыть? - растерянно спросила у Влады Эрика.

Влада Радуга: Бродя между стеллажами с книгами, Владка взяла одну, которая первая попалась на глаза. "Драконы" прочитала Владка, на первых же страницах была анатомия драконов. Вспоминая своего лоскутного полетного дракончика, Радуга врезалась в стенку и поняла, что многих деталей не хватает. - "Чтобы избавиться от этого сглаза, нужно выпить 50 миллилитров слёз грешницы, после чего чётко произнести: "МиАкус нарнОкус"... Слёзы грешницы! О боже, какая гадость! И где я это возьму?.. Не знаешь случайно, где их можно раздобыть? - говорила Эрика. Минуту спустя, до Владки дошло что это её спрашивают и, положив книгу на стол, задумалась. -Может... Хотя нет. Смотря что подразумевать под понятием грешник. Возможно, что подойдут любого, кому есть хотя бы лет 15-16, за это время обычно успеваешь много чего сделать...- Задумчиво сказала Радуга и добавила - Может, мои подойдут? Мне все-таки 316 лет и я уже много натворить успела. - Радуга надеялась, что синеволосая поверит без доказательств, иначе косых взглядов и расспросов не избежать. Три или четыре сущности в одном теле, причем далеко не все миролюбивые и добрые.

Эрика Максимова: - Может... Хотя нет. Смотря что подразумевать под понятием грешник. Возможно, что подойдут любого, кому есть хотя бы лет 15-16, за это время обычно успеваешь много чего сделать... Может, мои подойдут? Мне все-таки 316 лет и я уже много натворить успела. Где внутри расхохотались: "Я обожаю нынешнее Светлое отделение!" Эрика покачала головой. - Не думаю, что твои подойдут. Нам понадобятся слёзы действительно грешницы, осознающей это и принимающей этот факт, - со знанием дела протянула синеволосая. - Лучше всего с Тёмного отделения, конечно... интересно, кто бы согласился для нас поплакать? - Эрика крепко задумалась, перебирая у себя в голове различные имена. Список грешниц набрался изрядный, но девушка сильно сомневалась, что они согласятся плакать просто так. - Интересно, грешниц можно чем-нибудь приманить? - выдвинула ещё одну бредовую идею тёмная.

Влада Радуга: Слезы Владки не понадобились, что не могло не радовать. «Интересно, а куклы могут плакать?» - Думала Радуга. Сама она никогда не видела плачущих кукол, разве что на картинках. - Мне на ум приходит Ши и Рысина.- Проговорила тихо Радуга, возвращаясь к теме о грешницах.- Рысину зарыдать заставить проблематично, если не какао. А вот Табачницу... Надеясь, что дальше Эрика додумает все сама, Владка полистала книжку по сглазам. Кукол там нет. И это радовало! Хотя какой тут сглаз, если это от зелья? Видимо мозги на пару минут куда-то телепортировались погулять.

Эрика Максимова: - Мне на ум приходит Ши и Рысина. Рысину зарыдать заставить проблематично, если не какао. А вот Табачницу... - Это гениально! - воскликнула Эрика и от обилия чувств обняла Радугу. - Таши, точно! Как я сразу не догадалась! Порывшись в сумке, Эрика достала из неё зудильник и, потыкав в кнопки, попыталась соединиться с Табаки. Та всё не брала зудильник, и синеволосая, пожав плечами, оставила ей сообщение: "Срочно приходи в библиотеку!" Убрав зудильник обратно, Эрика, словно оправдываясь, пробормотала: "Я сделала всё, что смогла" и села за стол, став заинтересованно читать книгу по сглазам в ожидании Таши. Табачница, если хочешь помочь, то приходи быстрее, а то Эрика быстро заскучает ХЪ

Селестина Остен: Остен гуляла по коридорам замка в поисках приключений и вдруг наткнулась на дверь с заманчивой вывеской. В обитель Абдулы Тина зашла, легонько хлопнув дверью, зная по слухам, какой жестокий хранитель этого места. Она не хотела на него наткнуться, а хотела взять книгу по Магии Стихий. Только и всего. Оглянувшись, девушка увидела двух беседующих особ. "Может спросить у них, где находится раздел Магии Стихий?" Решив, что это самое правильное, Сел, направилась в сторону говорящих. - Привет. Вы не могли бы мне... - начала Тина, но увидев знакомое лицо в виде синеволосой магвочки перестала думать о чем говорит, - Староста? Ты, то есть, вы помните меня? Я Селестина. Помогите мне найти раздел Магии Стихий! Стоп. Вы о чем то говорили? Вам помочь? Если нужна помощь - я к вашим услугам. Стоп, чем я могу помочь? Повернув голову в другую сторону, она произнесла: - Привет. Мы с тобой ещё не встречались... Я Селестина Остен, Темное отделение, 1 курс. Приятно познакомиться. - и протянула девушке руку. - Ах, да. Простите, староста, а как вас зовут? - Тина посмотрела на синеволосую, в ожидании ответа.

Эрика Максимова: - Привет. Вы не могли бы мне... Эрика подняла голову, заинтересованно посмотрев на девочку. Её лицо показалось ей смутно знакомым. - Староста? Ты, то есть, вы помните меня? Я Селестина. - Да, - вспомнила Эрика. - Ты была в комнате Славы вместе со мной, да? Прости за тогдашнее поведение, - мило улыбнулась синеволосая. Где-то внутри проворчали: "За что извиняться-то? И я сто раз говорила, что мне неприятно обращение "староста"! И почему на вы, а?" - Помогите мне найти раздел Магии Стихий! Стоп. Вы о чем то говорили? Вам помочь? Если нужна помощь - я к вашим услугам. Чем я могу помочь? - Не волнуйся ты так, - смехом перебила Эрика Селестину. - Да, ты могла бы помочь. Смотри, - Эрика подвинулась, чтобы девочка смогла разглядеть книгу. - Мне зачем-то нужно найти снятие мамосглаза. Вернее, я уже нашла способ, но мне нужны слёзы грешницы, - тёмная подвинулась обратно и тоном бывалого соблазнителя осведомилась: - Ты случайно не грешница? - Ах, да. Простите, староста, а как вас зовут? - Эрика Максимова, - синевласка протянула руку для рукопожатия. - Как ты уже и сама догадалась, Тёмное отделение. Третий курс.

Селестина Остен: - Ты была в комнате Славы вместе со мной, да? Прости за тогдашнее поведение, - Ничего страшного. С кем не бывает - улыбнулась Тина. Да, ты могла бы помочь. Смотри - Остен заглянула в книгу. По всей видимости она была о сглазах. Это девушка поняла по содержимому. "И чем я могу ей помочь? Сглаз наложить, или снять?" Ты случайно не грешница? Сел помедлила с ответом. "Сказать о воровстве, или это не грех. Ну не очень большой. Или все таки не нужно этого делать. Я знаю эту девушку совсем недолго и сомневаюсь. Блин, что же делать?" - размышляла первокурсница, а после ответила: - Нет. Что ты? Какая я грешница? - с милой улыбкой произнесла темная. - Но я могу помочь найти и словить таковую.

Эрика Максимова: - Ничего страшного. С кем не бывает. - Действительно, - пробормотала Эрика, снова вперяясь взглядом в книгу. - Нет. Что ты, какая я грешница? Но я могу помочь найти и словить таковую. - Это было бы здорово! - Эрика взволнованно обернулась ко Владе и обратно. - Найди мне Таши... а, ты ж её, наверное, не знаешь, - сообразила она. - Табаки Ши, тоже Тёмное отделение... не помню какой курс, - расстроилась тёмная. - Я что-то слышала о том, что она сейчас тоже под сглазом, - о боже, как упорото это звучит, - так что уговорить её помочь будет не сложно. Сможешь найти?

Влада Радуга: К двум девушкам в библиотеке тихонько примкнула и третья - Селестина. Радуга видела ее в первый раз, или нет, но забыла об этом. Протянув свою фарфоровую ручку для знакомства и тихо представившись - Радуга- Владка встала из-за стола и поставили книжку с драконами на место. Слушая краем уха, о чем говорят девочки, она бродила между стеллажами, осматривая все вокруг, проводя пальцами по корешками книг, вдыхая их запах, как хотелось их все прочитать! Владка всегда была книжным червем и очень любила читать, а тут такая огромная библиотека и книги, которых нельзя найти в обычной библиотеке. Взяв одну из книг со стеллажей, Владка уселась на пол, оперевшись о стенку стеллажа, и погрузилась с головой чтение. На некоторое время все перестало существовать для нее, и была только книга, говорящая с ней о дальних мирах. -Найди мне Таши... а, ты ж её, наверное, не знаешь. - голос из вне оторвал Владку от книги. Это была Эрика, которой нужны была Табаки. -Я ее знаю... И поэтому искать не пойду, ибо бесполезно. - Ответила Радуга немного грустным и обиженным голосом. Она не любила, когда ей говорили что-то сделать и делала все с точностью наоборот или делала так, что бы больше никогда не просили. Вот и сейчас Радуга могла бы и пойти поискать Табачницу, но из-за своего упрямства не пошла бы и за шоколадку, хотя его она ненавидела. Оставалось только пнуть посильнее Радугу, что бы она что-то начала делать.

Табаки Ши: >>из недр замка На шум боя драк сражений поисков в читальный зал, сметая все на своем пути, ворвалась.. маленькая, рыжеватая лисичка. Скажем, мало что сметала и разрушала - вы только посмотрите на размер фенька, - но появилась в помещении, будем надеяться, весьма эпично и эффектно. У Таши затормозить не очень получилось, потому что та начала разъезжать ногами по полу библиотеки. Со стороны это выглядело очень мило, смешно и нелепо. Только бы звук поубавить. - Пф, куда ж вы забрались, доберешься до них, - запищала, наконец остановившаяся, Табаки. - Кто-то тут назвал имя моё? Я пришла помочь всем страждущим! Максимум пять человека. зато безвозмездно! - если бы сейчас у лисички были бы пальца на руках, то указательный точно важно поднялся бы вверх. Покемон в жилетке перебежал ближе к собравшимся, осматривая присутствующих. Что-то маленькому феньку не очень понравилась книга в руках Максимовой. И сама Макстмова. Что может быть _вдруг_ нужно ей от Таши? - Приветствую, о велики герои! Или вы не герои?- лисичка подозрительно сощурилась. - Раадуга! Давно не виделись. Столько всего произошло и изменилось! Кстати, ты в покер умеешь? Фенек развернулся и подбежал в сторону Эрики. Верча во всю ушами, поскреблась коготочками - они же маленькие! - по ноге синеволосой. Чтоб заметила. - Привет, Эрика! Что, помощь нужна или что-то в этом духе, ммм? - вкрадчиво пропищала Таши. Рядом ещё стояла новенькая (?), с которой Табаки успела познакомиться ещё в комнате Славы и при всех стоящих там обстоятельствах. - Кхм, а вы знали, как неуютно и неудобно стоять тут на сырой земле, да и с таким ростом? - покемон с укором заговорил. - Найдется тут мил человек, который не надорвется поднять меня? Я так работаю лучше.

Эрика Максимова: Пока Эрика размышляла, как найти Таши, она сама их нашла. Точнее, фенек. - Пф, куда ж вы забрались, доберешься до них. Кто-то тут назвал имя моё? Я пришла помочь всем страждущим! Максимум пять человекам. Зато безвозмездно! - Ой, какая прелесть! - восхищенно протянула Эрика. - Таши, тебя тоже сглазили? Как мило! Пощебетав о чём-то с Радугой, Таши подбежала и поскреблась коготками о ногу синеволосой, привлекая внимание, видимо. - Привет, Эрика! Что, помощь нужна или что-то в этом духе, ммм? - Типа того, да, - оживилась Эрика, после чего, опережая жалобу Таши, с тревогой спросила: - Тебе не холодно стоять на полу? Может, тебя на руки взять? - и, не дожидаясь ответа, подняла фенька и посадила к себе на колени, задумчиво начав поглаживать. - Да, нам нужна помощь. Мне нужно снять мамосглаз, - в сотый раз объяснила тёмная. - А для этого нужны слёзы грешницы. Поплакать не хочешь, не?

Селестина Остен: -Я ее знаю... И поэтому искать не пойду, ибо бесполезно. - Я Таши знаю, только не знаю где её найти. - Остен посмотрела сначала на Владу, потом на Эрику. Тут в библиотеку забежала маленькая лисичка - фенек. Только из разговора девушек Тина поняла, что это сглаженная Ши. В разговоре первокурсница не участвовала - её не спрашивали, а говорить она не собиралась. Кроме всего прочего, темной все ещё нужна была книга по Магии Стихий. Думая, как лучше спросить о помощи, девушка развернула конфету и засунула в рот. В следущий миг, зуб, на который попала сладость, невыносимо заболел. - Ауч! - вскрикнула Тина, держась за щеку. - Эрика! - девушка начала махать свободной рукой перед глазами, точнее, перед носом, синеволосой. - Эрика! Помоги... Ай! - от разговора зубы заломило ещё сильнее, - найти раздел Магии Стихий! - довершила фразу темная. "От чего у меня зубы болят. Ну, надеюсь, это скоро пройдет." - пронеслось в голове Сел.

Табаки Ши: Таши великодушно подняли на колени. А именно Эрика. Лисичка даже чуть-чуть испугалась от такого поведения товарища, но тут в маленькую головку пришла мысль, что Табаки ту не единственная сглаженная. «Ну и хорошо, - подумал покемон. – Чем больше народа страдает вместе со мной, тем лучше!» Была такая поговорка «тонешь сам – топи другого». На коленях синеволосой было на удивление мягко и уютно, даже спокойно. Таши почесала лапкой одно из больших ушей-локаторов. Все вокруг были такими большими, Гулливерами в стране лилипутов. А от этого становились только смешнее. Но тут все-таки Табаки начала возмущаться и протестовать. - Какое потребительское отношение к живому существу, - фенек многозначительно начал. – Которое всегда рядом поддержит и поможет. И почему – хотела бы я знать – как слезы грешницы, так сразу Таши, да Таши. Да я ничего плохо в жизнь не сделала. Все мною сотворенное законно, как минимум. Возможно, - последнее слово затихло, когда личика чесала лапкой мордочку. А кстати, вопрос чисто биологический (или какой там): феньки способны плакать? Или хотя бы что-то в этом роде? Кто у нас тут специалист по животным, занесенным в Красную книгу. - Тиина, - деловито протянула Таши. – Тебе нужна книга по Магии Стихий? Да? Если так, то я могу тебе _бесплатно помочь, ага. Прямо здесь и сейчас, стоит тебе только согласиться! Табаки свернулась в клубочек на коленях Эрики, только высунув голову, чтобы все слышать и всем отвечать.

Рин Нестеренко: - Ташиташиташиташи! - в Читальный Зал ураганом влетело нечто, после ближайшего рассмотрения оказавшееся Нестеренко на последнем сроке проклятия. - Я знаю ты тут. Я знаю о безвозмездной помощи. У меня есть просьба. - Рин носилась между полок, хватая и ставя обратно книги, наконец, ее словно ненадолго отпустило и она плюхнулась на стул, обхватив себя руками и легко покачиваясь. - Срок проклятия истекает сегодня ближе к полуночи. Я уже практически чистая энергия. Сможешь помочь?

Алана-дер-Неруа: Рин, твое личное время растягивается еще на два дня, потому что мне бы хотелось, чтобы ты отыгралась, и не хотелось бы, чтобы ты умерла. Срок проклятия - до полуночи, но твоя полночь с 23 на 24 может произойти в течение ближайших двух суток.

Влада Радуга: Минуту спустя, после Владкиного отказа, в зал вбежала лисичка. Судя по болтовне это была сглаженная Таши, только она столько болтает. Был еще способ проверить это - помахать перед ней часиками, но часиков не было, а если бы и были, то Радуга все равно не отдала бы их на растерзание рыжему зверю. Только Радуга приблизилась, что бы погладить Лисичку( она же не кусается?), как в зал вбегает Рин и просит Таши о помощи. - Срок проклятия истекает сегодня ближе к полуночи. Я уже практически чистая энергия. Сможешь помочь? - Быстро проговорила Рин, пока Владка бесшумно приблежалась к зверьку. -АПЧХИ!- громко чихнула Радуга. Аллергия! А я думала, что у кукол их не бывает. И как я чихаю, если органов нет? -Продолжая чихать и ускать ручьи слезы из глаз, Радуга быстро выбежала из библиотеки, говоря на ходу Эрике свои извинения. - Прости, АА-АПЧХИ! Мне нужно, пчхи, иди. Уаа- Уже звывая выбежала радуга и унеслась в неизвестном направлении.

Рин Нестеренко: - Прости, времени нет, я вынуждена. - Нестеренко потерла лоб и попыталась перестать раскачиваться, что, однако, не слишком получилось. - Напрямую, у вас у всех слишком много мыслей. Тише, тише. У тебя есть идея, чувствую. Формировать долго. Я возьму. - Нарушая все законы личного пространства, Ринушка прикоснулась к Табаки, легко поглаживая ее по шерстке. - Огонь, ангар, я понимаю. Прекрасная мысль. Кто об этом рассказывал? Он. Я поняла, поняла. Я пока пойду. Передайте ему, пожалуйста. Или не стоит. Не знаю. - Оставив всех в легком шоке и сумбуре от своего присутствия, девушка покинула помещение в стиле своего же прихода. >> Ангары Правда, простите за нарушения всех возможных правил игрового этикета. Время до завтрашнего вечера, нужно успеть. Спасибо всем))

Табаки Ши: То что почувствовала Таши, как её потрепали по пушистой меховой спинке. Табаки это, на удивленье, восприняла. Во-первых, это приятно. Во-вторых, когда она ещё ходила в обличие человеческом, то любила время от времени потрепать эти милые и хорошие пушистые комочки мяса. Лисичка хотела дальше продолжить свой разговор с Эрикой, а так же бескорыстно помогать людям, но осознала, что потрепавшим её существо была никто иная, как Рин. Фенек нахмурился в раздумьях. Нестеренко довольно странно себя и вела. Если сравнивать с её прежним обычным поведением, конечно. При всей при этой активности было в словах старосты что-то грустное, как будто они уже никогда не увидятся. А после разговоров о драконах, огне-пламени и прочих, сейчас отнюдь не привлекательных вещах, Таши забеспокоилась. Сглаз сглазом, лисиное обличье, лисиным обличьем, а потерять верного друга-товарища не хотелось. Но не успела Табаки ничего сказать, как Рин уже убежала в неизвестном направлении. Хотя, если включить хваленую всеми логику, то можно и сообразить. Где в Тибидохсе есть что-то отвечающее слова «драконы», «пламя» и всё в этом духе? Конечно близ драконбольного поля в ангарах. Благо Табачница с недавних пор завела уши-локаторы и могла потом примерно найти местоположение Нестеренко, если она решит уйти от ангаров. Всё-таки бывает польза от зверьков. «Эй, может податься мне в анимаги? Вот уже практикую вовсю освоение тела зверя.» - Это так оставлять нельзя, - важно сказала Таши, спрыгнув с коленей Эрики. – А пойду-ка я за ней от греха подальше. И вы давайте. По желанию, конечно. Просто, если тащить человека, это маленькое тельце вряд ли сгодится. И Табаки побежала, быстро-быстро перебирая лапками, в сторону ангаров или куда-то ещё. >>>куда уши повели>>>

Эрика Максимова: Эрика равнодушным взглядом следила, как Селестина, непонятно морщась, жуёт конфету, после чего хватается за щёку. – Ауч! Эрика! Эрика! Помоги... ай! ...найти раздел Магии Стихий! – Рукой-то махать зачем? – Эрика немного отодвинулась, дабы увлёкшаяся Селестина не заехала синеволосой по жизненно важному органу чувств. – Короче, так. Прямо-прямо-прямо, там большая яма, в яме той... ой, – синеволосая прекратила цитировать детский стишок, немного подумала и предприняла вторую попытку. – Прямо-прямо-прямо, налево и направо, прямо-прямо-прямо, налево, огибаешь кресло и опа! – довольная собой тёмная щёлкнула пальцами. Понятно же объяснила, ну. – Какое потребительское отношение к живому существу. Которое всегда рядом поддержит и поможет. И почему – хотела бы я знать – как слезы грешницы, так сразу Таши, да Таши. Да я ничего плохо в жизнь не сделала. Все мною сотворенное законно, как минимум. Возможно. – Ври больше, – отмахнулась Эрика, после чего добавила: – Потому что ты единственный доступный сейчас челове... существо. Рин же меня пошлёт. Где-то внутри удовлетворённо сказали: "Сглаз потихоньку теряет силу... ещё дня три, и тогда..." После этого внезапно в библиотеку влетело нечто. Пока нечто засыпало вопросами Таши, синеволосая, внезапно понявшая, что это её соседка, честно пыталась упасть в обморок. – О боже, Рин, что с тобой стало? – прохрипела тёмная на последнем, можно сказать, издыхании. Рин явно ничего не услышала и выбежала из библиотеки, на ходу что-то бормоча на непонятном языке (просто темп речи Рин был слишком быстрым для поражённой сглазом тёмной), а за ней (или перед?) выбежала Влада, яростно чихая, а за ними выбежала Таши, тоже что-то делая. В библиотеке остались подвывающая от боли Селестина и невозмутимая Эрика, которая наконец-то смирилась с тем, что она не понимает ни-че-го. – Ну что ж, меньше народа – больше кислорода, – выдала синеволосая народную мудрость, после чего добавила, обращаясь к Селест: – И всё-таки. Где мне достать слёзы грешницы, а? Какой дефицитный продукт оказался, никогда бы не подумала! Я очень люблю Рин и всё такое, но мне та-а-ак лень описывать, как я за ней пошла... считайте, что я мысленно с ней, да.

Селестина Остен: – Рукой-то махать зачем? – Тина нахмурилась и посмотрела на синеволосую. А как ещё привлечь чужое внимание прикажете?- мысленно возмущаясь, Остен ничего не сказала, продолжая охать от боли. – Прямо-прямо-прямо, налево и направо, прямо-прямо-прямо, налево, огибаешь кресло и опа! Селест возмущённо посмотрела на Эрику. И это объяснение? А попонятней нельзя? И с милой улыбкой уже голосом добавила: - Может ты покажешь, где это находится? А то, боюсь, заблужусь я. И ещё, раз на всех сглазы насылают... Дай как книгу- и пододвинула книгу к себе. Решив все таки помочь бедной Максимовой, произнесла: - Услуга за услугу. Ты поможешь мне справиться с зубной болью, а я найду тебе грешницу. Согласна? - произнесла тёмная и снова взглянула в книгу. Из всех ситуаций нужно находить выгоду, не так ли?

Эрика Максимова: – Может, ты покажешь, где это находится? А то, боюсь, заблужусь я. И ещё, раз на всех сглазы насылают... Дай-ка книгу. – Делать мне нечего – каждому нуждающумуся помогать, – сказала бы Эрика раньше. – Конечно! – мило воскликнула Эрика и вскочила, показывая готовность помогать. – Услуга за услугу. Ты поможешь мне справиться с зубной болью, а я найду тебе грешницу. Согласна? – Действительно? Так мало? Не умеешь торговаться, девочка. – Конечно! – опять мило воскликнула Эрика, после чего подняла кольцо: – Болеус обуздатус! Красная искра мгновенно спорхнула с кольца и залетела прямо к Селестине в рот, как раз открытый. Та, наверное, поперхнулась, но во рту искра, коснувшись зуба (и никаких болезненных ощущений, ожогов и так далее, она же снимает боль!), тут же пропала, а Эрика, ничуть не сомнивавшаяся в действенности заклинания, бодро сказала: – Пошли, я покажу тебе стеллаж! – затопала по библиотеке, чётко следуя своим инструкциям. Встав напротив огромного стеллажа, наверху которого грохотал гром и метались маленькие молнии, рукой показала на книги – мол, вот, пожалуйста.

Селестина Остен: В первый раз Остен удивилась, когда боль прошла благодаря заклинанию. Мысленно стукнув себя по лбу, Тина подумала, что плохо выбрала желание. Во второй раз удивлением было то, что Эрика согласилась на помощь. Быстро, без споров. Сейчас, стоя у стелажа с громыхающими молниями, Сел быстро придумывали пути бегства. - Эм, Эрика? Спасибо за помощь. На счёт грешниц... Ты не пыталась найти их поисковым заклинанием?- посмотрев на синеволосую, Остен схватила книгу со стелажа, не заботясь о её содержимом и быстро засеменила к столу. Отложив книгу в сторону, Селест, убегая от ответа решила полистать книгу сглазов. Но, собравшись с духом и силами, ожидая дальнейшие пытки тихо произнесла: - Перед тобой воровка в третьем поколении. Да, я та самая грешница.

Эрика Максимова: – Эм, Эрика? Спасибо за помощь. Насчёт грешниц... Ты не пыталась найти их поисковым заклинанием? Эрика поднимает бровь. Эрика закрывает глаза и досчитывает до трёх, стараясь не сказать: "Какая же ты дура". Эрика мягко улыбается. – Нет, и не думаю, что им можно искать человека, – спокойно говорит тёмная. А затем задумчиво следит за непонятно почему нервничающей Остен, и открывает рот, чтобы спросить, и закрывает рот, так как это не её дело, и открывает рот, так как любопытно же, и закрывает, так как... – Перед тобой воровка в третьем поколении. Да, я та самая грешница. Эрика хмурится, но не из-за новости, а из-за того, что потеряла мысль. Эрика фыркает: "Да ты опасна. Так вот из-за чего ты нервничала, да? Ох, ты такая ещё маленькая". Эрика ласково гладит девочку по голове: – Ничего страшного, это пройдёт, – непонятно говорит она, имея в виду то ли воровство, то ли самокопание. – Давай ты сейчас поплачешь, я соберу слёзы, и тогда уже буду тебя утешать? – с надеждой на скорое завершение этого итак затянувшегося квеста вопрошает тёмная. Эрика фыркает: "Да когда ты очнёшься, я скорее поверю в то, что ты сбежишь из замка на неделю, чтобы никто не напоминал о твоём позоре, чем поможешь девчонке". – Так договорились? – нетерпеливо вопрошает тёмная.

Лой Ивер: Комната Лой Ивер – Давай ты сейчас поплачешь, я соберу слёзы, и тогда уже буду тебя утешать? – услышала Ивер, едва войдя в читальный зал. Она едва не прыснула от такой милости, отметив, что Темные всегда остаются Темными. Лой дружелюбно кивнула девочками, направляя вглубь библиотеки. А именно, в запретную секцию. Книга, которая воительнице приснилось, очень хорошо отпечалась в голове. Сложность заключалась в том, что видела она только ее обложку, на которой не было даже названия. Вздохнув, девушка присела в отдалении на корточки и принялась искать по полкам, один за одной, останавливая внимание на каждой темной корочке, какая только попадет на глаза.

Лой Ивер: ...Темная проводила в запретной секции уже часа три. Рядом покоилась длинная стопка книг в черных обложках. Кажется, это были все, теперь можно было уже рассмотреть их поподробнее. Довольно быстро оказалось, что большая часть книг были по темной магии: здесь было все, от некромагических ритуалов и до автобиографий темных волшебников, души которых, кажется, жили в их работах и ждали любопытных душ, чтобы сожрать. Темная очень быстро сортировала книги, отправляя их обратно на свои места: либо тематика не подходила ситуации, либо же кожа, которой переплели книгу, выглядела немного по-другому, либо же размер не подходил. Лой едва не сошла с ума, натыкаясь на одни неудачи. Но она должна была быть здесь! Последние три книги. Воительница нервно раскрывает большой древний фолиант без заголовка. Пожелтевшие от времени страницы были потрепанными, как будто бы их часто листали. Но при этом, они были пустыми. Минут пятнадцать Темная просто перелистывала, надеясь найти хоть что-то. Не нашла. И очень сильно ругнулась, осознавая, что книга - магическая и что-то тут не так. На всякий случай, обсмотрела оставшиеся два фолианта, но и они оказались неинтересными. Закрыла глаза, вспомнила все книги до этой... Нет, это должна была быть книжка из сна. По крайней мере, она очень сильно на это надеялась. Теперь же следовало ее хорошенько спрятать. Девушка еще ненадолго остановилась у справочника заклинаний, а затем направилась к выходу. На этот раз Лой выскользнула из библиотеки совершенно бесшумно. -> Комната Лой Ивер

Стася Булгакова: Стася уже битых два часа пыталась найти ту самую книгу. Она перерыла все близ лежащие полки, но чёрной кожаной обложки без надписей так и не обнаружила. Неужели её мог взять кто-то почитать? Девушка чуть ли не зубами скрипела от досады, для того чтоб теперь найти книгу ей потребовалось бы обойти весь замок и перерыть все тумбочки. Без толку спрашивать джина кто мог её взять, проклянёт и пошлёт куда подальше. Девушка закусила губу, нужно было срочно что-то придумать, ведь времени оставалось совсем немного.

Лой Ивер: Воительница долго околачивалась неподалеку от собственных покоев, в ожидании. Почему-то ей казалось, что у ее возлюбленной хватит мозгов догадаться самой, но, видимо, не судьба. Поставив на дверь охранное заклинание, которое должно было оповестить Лой в случае прихода гостей, она неспешно прогуливалась по коридорам, ведущим в библиотеку. И правда, не прошло и пары часов, как она почуяла знакомый запах. В недавно посещенный ею зал девушка вошла бесшумно. Замерла у уже исследованного ею стеллажа позади мятежницы, облокотившись спиной на книжные полки. Скрестив руки на груди и с усмешкой наблюдая за суматошными движениями темной Стаси, Ивер лениво протянула: - Что-то потеряла, милая?

Стася Булгакова: Стася уже предчувствовала, что нынешний день ничего хорошего не сулит, но чтоб на столько. В дверях показалась воительница, Стася так увлеклась, что не успела почувствовать её приближения. Вампирка стиснула зубы. Снова попалась. - Что-то потеряла, милая? После потраченного в пустую времени девушка была не в духе. Стася медленно повернулась к Ивер, - Не твоё дело, - процедила она сквозь зубы, а взглядом, что она бросила на Лой, можно было убивать.

Лой Ивер: - Не твоё дело, - процедила Стася сквозь зубы, а взглядом, что она бросила на Лой, можно было убивать. - А, ну хорошо, - Лой улыбнулась, как ни в чем не бывало развернувшись к Стасе спиной и собравшись уходить. - Ну я тогда книжку себе оставлю, - как бы невзначай кинула она и направилась к выходу. В душе пели птицы и хотелось громко смеяться. Но Ивер пока сдерживалась, наслаждаясь сценой.

Стася Булгакова: -Драк, - выругалась темная, - так и знала что без тебя тут не обошлось. Догадывалась, но всячески старалась отбросить эти мысли, чтоб не идти в комнату воительницы. Ивер уже скрылась из виду, а Стася всё стояла не двигаясь и пыхтя от досады. Однако ничего не оставалось другого как последовать за тёмной. Раз она украла у неё артефакт, значит собирается выдвигать свои условия. Комната Лой Ивер >>

Катя Твердохлебова: Один поворот, другой, третий. Катерина не спеша прогуливалась по вечернему замку, поглаживая пальцами массивные каменные стены. Это было почти первое, что сделала Темная, после того, как они с Лой не менее эффектно, чем в первый раз, выпали из страниц книги. Наш дом везде. Вроде так прозвучала фраза на собрании. Конечно, везде, только замок был самым родным. Волосы растрепались, пряди падали на лицо, скрывая его, но менее узнаваемая Катерина от этого не стала. За пазухой привычно грелся небольшой нож, который Катя не вытаскивала уже из принципа. Не то, что он был нужен, но за год Темная уже так привыкла хотя бы к какому-то оружию, что без него было уже неуютно. Последний запоздавший ученик покинул поле зрения, И Твердохлебова осталась одна в слабоосвещенном коридоре. На ум сразу пришли вылазки с Рысиной, когда те были еще курсе на втором. Сейчас это было как в тумане. Все было как в тумане. Девушка никак не могла отойти от путешествия, а кокон, в котором она была, помогал. До сих пор она проводила рукой по воздуху, пытаясь коснуться его, так явно и четко он ощущался. Жаль, не контролировался. Размышления прервали. Катерина замедлила шаг и нахмурилась, заметив на полу какую-то тень. Ничего удивительного в этом не было, но складывалось ощущение, что человек лежит. Она уже хотела было поднять руку с кольцом, а затем дернувшись, вспомнила, что его нет на своем месте. "Чертов Ротт". Без страха свернув за угол, Катя и правда увидела человека. Лежащего на спине, без сознания, бледного человека. Не удержавшись, Катерина захохотала, без труда узнав его. - О, вот так встреча, Алееекс, - прошипела она. Настроение поднималось, но в душе рождалась какая-то неведомая злость. Удивительно, но те эмоции остались слишком яркие, именно их не покрыл темный туман. - Ты идешь со мной. Даже если не хочешь, - Темная схватила парня за руку и потащила его за собой, не особо заботясь о его сохранности. а зачем? "Скоро должна быть дверь в библиотеку, там как раз сейчас пусто". В голове роились жесткие и жестокие мысли, а в душе просыпалось желание отомстить. Тьма заворачивалась вокруг нее вихрем, стремилась поглотить ее всю, шептала идеи, подталкивала. Катерина толкнула тяжелую дверь, придержала ее, чтобы заранее не убить жертву, а затем затащила Ротта в Читальный зал. Здесь было тихо, пусто, темно - все, как ожидалось. Подтащив парня к наиболее освещенному месту, Катерина перевернула его на спину, пристроила как ей удобно и, хмыкнув, задумалась. Что бы сделать? Убивать его было нельзя, да и не хотелось, поговорить не получится - он без сознания, а вот помучить... Идея пришла неожиданно. Глазки загорелись, губы пересохли - Катерина стала сразу выглядеть какой-то безумной, дикой. Темная в два шага преодолела разделяющее их расстояние, а затем удобно уселась на бедра парня, заодно блокируя его ноги. Чтобы не убил, если очнется, угу. - Солнышко, я тут подумала, - Катерина вытащила нож из-за пазухи, который сейчас пригодился как никогда, - Ты отдал волосы Табаки. Я ведь могу сделать тоже самое и тоже получить какую-нибудь плюшку. Или распять тебя, как в зале двух стихий, - она маниакально улыбалась, склоняясь ниже к его лицу, - Но ты все это не почувствуешь. Без сознания же. А это ты почувствуешь даже, когда очнешься, - Алые волосы скрывали их лица, скрывали капли крови, рисунок на щеке парня. Катерина провела пальцами по сжатым губам, размыкая их, размыкая челюсть. Лезвие у ножа тонкое, оно без проблем прошло в рот, впиваясь в язык. Катя видела, как оно проскальзывает по языку, сильно, как выступает кровь. Она сочится изо рта, струйкой стекает по подбородку. Витая где-то в своих мыслях, Твердохлебова завороженно рисовала кровью узор на щеке Ротта, а парень все так же лежал без сознания, с порезанным языком.

Александр Ротт: «Мир продолжает уничтожать самого себя и, конечно же, все при этом оправдываются, что иначе нельзя. Но ничто в этом мире не может дать вам право убивать другого.» Но кто сказал, что мне нужно это право? Боль накатывает волной, рот наполнен теплой кровью. Сознание включается сразу, анализируя обстановку, инстинкты срабатывают мгновенно. Как дурой была, так и осталась. Ничем не зафиксированные руки, хватают шею. Пряди красных волос скользят между пальцев, мешают, но это ничего. Не до церемоний. Ротт стаскивает с себя девушку, хорошенько прикладывает ее головой об пол. Поднимается, шатаясь на онемевших ногах, сплевывает кровь. Кто же тебе помог. В голове пустой звон. Ничего. Ни грамма воспоминаний, ни капли событий. Каждое движение языком невыносимо. Кому-то немой Алекс явно нравится больше. Я не знаю, что произошло. Но ты натворила, ты будешь отвечать. И исправлять. Вряд ли Эйнэ читает мысли, но парню все равно. Со звериной силой, но с абсолютным спокойствием, присущим только такому монстру, как человек, он перехватывает руку красноволосой с ножом. Ухмыльнувшись, переворачивает девушку на спину и, наклонившись, подводит ее руку к ее горлу, легко надавливая лезвием. Я даже скучал. Пристально смотрит в глаза. Говори.

Катя Твердохлебова: Ротт очнулся как-то уж слишком неожиданно. Указательный палец скользит по коже к виску, вырисовывая густую кривую линию. Она не знала, что рисует, это не было похоже ни на что нормальное, лишь набор разных завитков и прямых. Резких, ядовитых, живых. Руки хватают за шею молниеносно быстро, сдавливают, останавливая поток воздуха. Даваааай! Катерина смеется с надрывом даже, голос не проходит, на шее наверняка будут синяки. - Приятно быть немым? - В голосе сочится яд, ни капли сожаления. Твердохлебова хватается рукой за запястье Алекса, пытаясь убрать руку с горла, а через секунду в глазах темнеет. Головой о пол, как просто. И ведь не отвернешься, когда тебя держат за горло. Сил повернуться почему-то не хватает, да и надо ли. Человек плох тем, что в отличии от нежити, животных и прочих обитателей этого мира, он может действовать жестко, беспощадно, сохраняя холодную голову. С последним у Темной всегда были проблемы. Ярость поднимается откуда-то из глубины души, волнами захлестывая все остальное. От нее не убежать, они обнимает, призывает убить. В Ривейле было легче. Там был длинный меч, там нельзя было подпустить кого-то на расстоянии ближе метра, там нужно было выживать. А здесь... Так близко. Любопытство когда-нибудь погубит. - Давно не виделись, - Катя улыбнулась, смотря в чужие глаза. Холодные, бешеные даже. Не пугает. Однако, тело автоматически напрягается, когда ее переворачивают, как куклу, а собственную руку подводят к горлу. - Горло мне перезать решил? - Катерина не чувствует боли, но по ключице вниз ползет капля крови. Ну уж нет. Темная хватается второй рукой за руку Алекса и с усилием отводит ту в сторону от горла. Тренировки не прошли даром. Эйнэ садится, подтягивая к себе ноги, все так же не отрывая взгляд от Алекса: - Так круто, когда ты молчишь, - она усмехается, - Отдай нож, пожалуйста, он мне дорог, - Темная протянула руку, аз тем встала, подходя к Александру. Провела тыльной стороной ладони по губам, стирая кровь, а затем, ухмыльнувшись, слизнула ее с руки. Она пробовала кровь и это было не так плохо, как думалось вначале. - Я не мастер чтения мыслей, да. Но пока мне интересно. А что ты делал в коридоре весьма в херовом состоянии? Что вообще с тобой происходит? - Про язык объяснять совсем не хотелось, поэтому пока ей было гораздо интереснее узнать про него, - Кстати, чудесный, я вот чего еще хотела. Меня по-прежнему интересует мое кольцо. Оно у тебя.

Александр Ротт: - Приятно быть немым? Весьма. - Давно не виделись. Да уж. - Горло мне перерезать решил? Какая наблюдательная. - Так круто, когда ты молчишь. Отдай нож, пожалуйста, он мне дорог. Нет уж. - Я не мастер чтения мыслей, да. Но пока мне интересно. А что ты делал в коридоре весьма в херовом состоянии? Что вообще с тобой происходит? Мы в дерьме, Эйнэ. Впрочем, все как обычно. Зови эту… как ее там… Нестеренко. Она практикует. Заодно и память мне освежит. - Кстати, чудесный, я вот чего еще хотела. Меня по-прежнему интересует мое кольцо. Оно у тебя. Алекс задохнулся наполовину от хохота, наполовину от деланного возмущения. Кольца девушке явно ждать не стоило при имеющемся раскладе. Правда, Ротту и самому интересно было, что происходит. Ты ничего не хочешь рассказать? Например, как я здесь оказался?

Катя Твердохлебова: Глаза - зеркало души. А Темной казалось, что она сходит с ума. Чужие глаза затягивали, Катя была уверена, что падает вниз, куда-то туда, где никогда не должна была оказаться. Общий смысл чужих мыслей звучал в голове, ускользал, возвращался, формируя вопросы. Это даже магией нельзя было назвать, просто понимание немого. Мы в дерьме, Эйнэ. Впрочем, все как обычно. Зови эту… как ее там… Нестеренко. Она практикует. Заодно и память мне освежит. Катерина слегка дернулась, прикрыв глаза. Эйнэ. Имя души, которое ей дали. Правдивое имя. Оно казалось таким чужим, непонятным, но в тоже время в нем было что-то притягивающее, отметающее возможность от него отказаться. - Практикует что? - Катерина на секунду задумалась, а потом засмеялась, - Да ну, ты еще ничего и не помнишь? Как это прекрасно. И давно ты так живешь? Ночуя без сознания в коридорах? Пользуясь тем, что джину до них не было ровным счетом никакого дела, Катерина села на стол и задумалась. Кроме любопытства и кольца Катерине не было никакого резона находиться здесь и что-то рассказывать человеку, который совсем недавно ударил ее головой о пол. Но и уходить пока не хотелось, Твердохлебовой нравилась чужая растерянность, пусть даже хорошо скрываемая. - Мм, ты неплохо отдыхал в одном из коридоров лицом вниз. Видно, врагов много набралось за время моего отсуствия, да? Тушка не болит? - Катерина весело болтала ногами, представляя картины мучения собеседника, - А вообще, я может решила, что в библиотеке тебе будет гораздо лучше, чем в коридоре. Да и народа меньше, думаю, главы бы не оценили процесс создания тебя немым.

Александр Ротт: - Практикует что? Игру на банджо, тибетскую йогу, обжирания по ночам, блин. Включай мозги. У нее с чтением мыслей получше будет. - Мм, ты неплохо отдыхал в одном из коридоров лицом вниз. Видно, врагов много набралось за время моего отсутствия, да? Тушка не болит? Поморщившись, Ротт стянул футболку, превратившуюся в лохмотья, чтобы оценить повреждения. Тело, даже не считая «проблем ротовой полости», действительно находилось далеко не в самом лучшем состоянии. Алекс мысленно чертыхнулся, пытаясь воссоздать ход событий. Получалось плохо. Что-то назойливо мельтешило, но никак не давалось пониманию. Всплывали бессвязные обрывки. - А вообще, я может решила, что в библиотеке тебе будет гораздо лучше, чем в коридоре. Да и народа меньше, думаю, главы бы не оценили процесс создания тебя немым. Так это все-таки ты. Хотя я и не сомневался. Ничто не мешало парню в ту же секунду сделать то же самое. Или даже полностью отрезать язык бестолковой девке. Но месть можно было отложить на потом, были проблемы важнее. У нас мало времени. Мы пойдем? Или у маленкой Катеньки хватит сил заставить чертову Нестеренку сюда явиться?

Катя Твердохлебова: - Да у тебя же бардак в голове, как там можно что-то читать? - Про бардак Катерина не была уверена, но почему-то казалось, что все именно так. Эйнэ не без удовольствия смотрела на обнажившееся тело Алекса, замечая на нем кучу дополнительных ссадин, синяков и даже шрамов. Конечно, многие синяки и следы появились от перетаскивания парня из коридора в библиотеку, ибо были и полы, и пороги, и прочие скосы, выбоины и так далее. - А были сомнения? - Катерина даже удивилась, - Не, что ты, это была не я. Сюда приходила злобная тетенька Даная, а я просто так на тебе с ножом сидела, - Твердохлебова хмыкнула, возвращая взгляд на Ротта. Лекции по магии сознания не прошли даром, но голова болела нещадно, понимание чужих мыслей было жутким, повторять такое больше не хотелось. У нас мало времени. Мы пойдем? Или у маленекой Катеньки хватит сил заставить чертову Нестеренку сюда явиться? Теперь задыхаться от возмущения была ее очередь. При всем своем любопытстве, Катерине совсем не нравился даже мысленный тон Ротта и ее участие в этом. - Мм, дорогой, а с чего мне тебе помогать? Твою выгоду я вижу: тебе нужно все узнать. Мне-то с этого что? - Катерина спрыгнула со стола, подойдя почти вплотную к Александру, - А сил хватило бы, не беспокойся.

Александр Ротт: - Мм, дорогой, а с чего мне тебе помогать? Твою выгоду я вижу: тебе нужно все узнать. Мне-то с этого что? Вообще Ротт довольно предвзято относился ко всему женскому полу. Но тупость данного индивидуума мало того, что преследовала его постоянно, так еще и переходила все допустимые нормы, если бы они, конечно, существовали. Кольцо, идиотка. О том, что была еще одна, куда более важная причина, Ротт предпочел промолчать. Я тебе в последний раз повторяю. Мало. Времени. Да или нет? Еще минута промедления и я ухожу.

Катя Твердохлебова: С брошенного взгляда Ротта можно было писать картины. Твердохлебова как никогда ярко представляла, что он мог сказать, что говорил уже много раз до этого. В душе бушевала целая гамма эмоций, раздражение и желание заставить заткнуться не только физически. но и мысленно, преследавало все с большей скоростью. Кольцо, идиотка. - Как же ты раздражаешь, - Катерина вздохнула, понимания, что тут он прав, кольцо нужно было получить любой ценой. Силы в ней было много, теперь и физической, но в школе магии без магии было не так весело. Эйнэ боролась с желанием ударить человека, сделать как-то больнее, но рука не поднималась. Воспоминания о той подставе с волосами были живы. Все в целях самозащиты. Я тебе в последний раз повторяю. Мало. Времени. Да или нет? Еще минута промедления и я ухожу. Новые зудильники были достаточно миниатюрными, дабы таскать их с собой. Катерина задумчиво смотрела, как катится яблочко по блюдечку, а затем появляются контакты. Рин точно должна была там быть, староста же. Пару движений, пикающий звук и сообщение с просьбой прийти отправляется адресату. Даже с пометкой "Срочно". - Должна скоро быть здесь. Что дальше?

Рин Нестеренко: Рин вползла в читальный зал взьерошенная и заспанная. Кутаясь в просторную тепую толстовку, она прищурилась от света, который в помещении был ярче, чем в коридоре и недоуменно-настороженно поглядела на Твердохлебову с ее полу-неожиданным спутником. Полу, потому что Нестеренко думала встреть Катерину в одиночестве. Но если бы красноволосая сказала, что с ней кто-то есть, то Ринушка, наверняка, подумала бы про Ротта. - Приветствую. Спрашивать про то, знаете ли вы вообще который час, бессмысленно, да? - Тон Нестеренко был вполне себе доброжелательным, но чувствовалась некоторая напряженность. И с Катериной, и с Александром отношения никогда не были особо дружескими, хотя с парнем, в последнее время, установилось нечто вроде стабильного сотрудничества. - Чего надобно, Твердохлебова? Вряд ли бы ты позвала меня просто ради приятного времяпровождения втроем.

Катя Твердохлебова: - Приветствую. Спрашивать про то, знаете ли вы вообще который час, бессмысленно, да? Как и ожидалось, Рин появилась достаточно быстро. Катя знала, что как человек она ответственная и исполнительная, Лой считает ее хорошей старостой, но Рин почему-то напрягала. Возможно, это напряжение появилось после того, как Нестеренко прекратила веселье в Туманной Чащобе,, по-всякому портила упоротость и жесткие темные дела. - Привет. Мм, - Катерина глянула на экран зудильника, который еще держала в руках, - Уже знаем. Еще даже не утро. - Чего надобно, Твердохлебова? Вряд ли бы ты позвала меня просто ради приятного времяпровождения втроем. Катерина посмотрела на молчащего Александра, который не проявлял признаков жизни, кроме того, что стоял и смотрел, а затем, хохотнув, проговорила: - Э, не, спасибо, приятное времяпрепровождение втроем меня не интересует. А вообще ты ему нужна, - Эйнэ пожала плечами, - Так случайно получилось, что он стал немым, а ты можешь помочь, да. Разбирайтесь, господа.

Рин Нестеренко: - Так случайно получилось, что он стал немым, а ты можешь помочь, да. Разбирайтесь, господа. - Мм, значит,"Благодарить" тоже будет он. - Ринушка подошла к Алексу, хотя в этом не было никакой необходимости. Ей было просто интересно поближе его рассмотреть. Несколько секунд она, сосредоточенно нахмурившись, словно вглядывалась в него, а затем то ли закашлявшись, то ли засмеявшись обернулась к Катерине. - Твердохлебова... Впрочем, Эйнэ покороче будет. - Нестеренко лукаво подмигнула, но голос ее был внезапно охрипшим и полностью серьезным. - Сюда идут... Идет? Сложно, у него там все как будто размыто. Он заключил сделку с... демоном? С помощью твоего магического кольца. Поэтому этот демон, или кто он там есть, идет за тобой, а не за ним. Ему нужна жертва. Взамен кое-кто, - Рин бросила, мягко говоря, неодобрительный взгляд на Алекса, - получет силы, схожие с некромагическими.

Катя Твердохлебова: - Он заключил сделку с... демоном? С помощью твоего магического кольца. Поэтому этот демон, или кто он там есть, идет за тобой, а не за ним. Ему нужна жертва. Сказать, что Эйнэ удивилась - это не сказать ничего. Сделка. С демоном. С помощью ее, черт возьми, кольца. С жертвой. Катерина слегка кивнула, слов пока не было. Взмах то одной ногой, то другой. В голове было пусто. Злости почему-то не было, конечно, хотелось его убить, растереть в порошок, но скорее для проформы, чем по-настоящему. Жертва за силу? - Удивил, - Катерина хмыкнула после долго молчания, - Crash, crash, burn let it all burn. This hurricane's chasing us all underground Строчки сами пришли в голову, Твердохлебова проговорила их одними губами. Это помогло. Неизвестно кому правда: ей придти в себя или Алексу, на которого обрушился поток бессвязных слов: - Алекс, солнышко, ты охренел? - Катерина с бешеными глазами повернулась к парню. Круши, круши, сжигай, пусть все горит! - Нет, серьезно? Сделка с демоном? Тебе же не хватило Мефистофеля и путешествия в Ад. Ок, мне плевать, имеешь право. Я не буду его жертвой, - С демонами связываться себе дороже, Катя это помнила как никогда хорошо. Лой убивает Северина. - Рин, что там за условия и как их обходить? Есть возможность заключить более выгодную сделку?

Александр Ротт: - Нет, серьезно? Slit the throat of reason and reality. Катерина что-то спрашивала у пришедшей Нестеренки, но Алекс не вслушивался. Опираясь на полученные сведенья, он ковырялся в своей памяти. Бежать куда-то? Смысл? Делать что-то? Но ведь эта дура тормозит всё и вся. Вообще-то, Алу должно было быть все равно. Он получал свое, а проблемы получала Твердохлебова, но почему-то заиметь ее хладный трупик именно сейчас не хотелось. У него были еще на нее планы. Вопрос "Почему все пошло наперекосяк?", Ротт отложил на потом. В отличии от красноволосой, у парня мозги работали, пусть и не идеально, судя по сложившейся ситуации, но все же в нужном темпе. Алекс схватил красноволосую за руку и силой усадил ее за стол. Порыскав пару секунд по залу, он вручил девушке пергамент и всунул в ладонь перо. Пиши. Черт, как же объяснить.

Катя Твердохлебова: Катерина видела как проблемы с демонами возникали у других. У близких людей, у едва знакомых, где-то по историям и сплетням. Но личного контакта с ними к счастью, не было. До сегодняшнего дня. И то, даже не личный контакт, а жертва. За чужую сделку. Все бывает в первый раз. Идей, что можно сделать в данной ситуации, не было от слова совсем. Наверное, именно это не нравилось Темной, ведь так-то она была за любой кипи, но. Как же он бесит распоряжаться чужой жизнью! Он не заставил себя ждать. Темная не успела возмутится, как ее схватили за руку и пересадили со стола за стол. Потом так же быстро всунули ей пергамент и перо, - Мм, и что дальше? - Она перевела взгляд с бумаги на Александра, -Не-а, ничего я не буду писать. И помогать тебе тоже не буду, - Перо, которое Катерина все же взяла и вертела в руках, опасно хрустнуло, но не сломалось, - Тебе нужна жертва? - Катерина рассмеялась, - Ну давай, ищи. Только не в пределах Тибидохса. Ты же помнишь, правила, Дубодам и так далее. Твои силы тут тебе не помогут, - Катя хмыкнула и отодвинула от себя перо и пергамент, - Кстати, о силах. Тяжело себя ощущать не всемогущим, да? Когда ты как котенок, и второкурсник в магическом плане сильнее тебя? Вон, даже на сделки с демонами соглашаешься, фи - Эйнэ было весело. И вдвойне весело от того, что она может все делать безнаказанно. Немые такие милые, да.

Рин Нестеренко: - Рин, что там за условия и как их обходить? Есть возможность заключить более выгодную сделку? Нестеренко напряженно копалась в разуме Алекса, который напоминал огромную химерную конструкцию из лего, с постоянно перемещающимися и меняющими свое положение блоками, да еще и окутаную непрозрачным туманом. Словом, было не особо легко. - У тебя, Эйнэ, один шанс. Договорится с Роттом, чтобы он отменил сделку самолично. В данный момент, он предлагает тебе, ээ... - Ринушка поперхнулась от удивления, - да, предлагает тебе подписать брачный контракт, с некими... непредполагающимися пунктами? Ага, что-то вроде того. Что-то касающееся его силы. Короче, если да, то он сейчас пишет - ты читаешь и подписываешь. Если нет, то он сваливает. Честно говоря, Нестеренко тоже хотелось свалить. И не потому, что она боялась происходящего, а потому что находиться третьей лишней с этой парочкой, мягко говоря, надоедало.

Катя Твердохлебова: Вы часто захлебывались собственным смехом, когда он обрывался на полу-вдохе? Вот Катерина такие прекрасные ощущения испытывала не особо часто, поэтому сейчас она аж закашлялась, пытаясь переварить полученную информацию. - Бра... Что!? - Нет, внутри Твердохлебова ожидала что-то подобное по типу того, что контракт может расторгнуть только Ротт и так далее и тому подобное, но слова о брачном контракте весьма удивили. Та ненависть, которую чувствовала Эйнэ в тот момент, когда Алекс сказал "адьес", была незабываема. - Предыдущей свадьбы тебе не хватило? Повторить расставание захотелось, да? - Но такого больше не повторится. Не будет больше той слабости, все строго добровольно - Оригинально... В прошлый раз желание, в этот - возможная смерть. Катерина закусила губу, раздумывая над словами Рин. Пункты про силу. Точно. - Пункты про силу распиши, пожалуйста, мне достаточно интересно, - Эйнэ протянула Алексу тот самый пергамент и перо, которое дал ей он. Затем внимательно посмотрев на Рин, Катерина почти даже мягко улыбнулась: - Мрр, спасибо тебе..

Рин Нестеренко: - Мрр, спасибо тебе.. Нестеренко не отвечала, завороженно и сосредоточенно уставившись в затягивающие глаза Ротта, которые пытались что-то передать. В голову приходили скорее образы, чем слова. Рин поняла, что даже сам ень не имеет четких формулировок и что составлять их придется ей. - Пишите под диктовку, - хриплым голосом сказала темноволосая, - Пункт первый. Свадьба. 1. Узы скрепятся Клятвой Духа. 2. Обряд венчания, кольца и проч. Все традишинал. 3. После того как поставите подпись под этим документом, пути назад не будет. Нарушение договора - смерть. Пункт второй. Совместная жизнь... - Тут Рин даже немного покраснела и едва ли не со злостью уставилась на Алекса, - Ну уж нет дорогой, в этих вопросах - без меня. Меньше знаешь - крепче спишь. Единственное - дети. Обязательны. Пункт Третий. Сила. 1. Алекс разрывает сделку с демоном, за это Эйнэ помогает найти ему Силу. 2. При правильном выполнении договора, Эйнэ получает свое кольцо обратно. 3. Раскаянье. - Нестеренко тяжело вздохнула. - Все, я больше не могу. Это все, что мне удалось сформулировать.

Катя Твердохлебова: Хотя, немного поразмыслив, Катерина отобрала от Алекса пергамент, решив, что договор будет писать сама, пусть и под диктовку. - Пункт первый. Свадьба. 1. Узы скрепятся Клятвой Духа. 2. Обряд венчания, кольца и проч. Все традишинал. Катерина хмыкнула, выводя тонкие рваные буквы. Убрать традишинал, сделать официальнее. Ну да, Клятва Духа, почему бы и нет. А плоти нет, забавно. - Угууу, чего не клеймо? - Темная подняла глаза на Алекса. Ей было весело. Все представлялось увлекательным приключением, игрой. Свадьба о второй раз. Это судьба, черт возьми! 3. После того как поставите подпись под этим документом, пути назад не будет. Нарушение договора - смерть. - Ты подстраховаться решил, да? - Вот что-что, а умирать Катюха в ближайшем будущем совсем не собиралась. Все будет идеально. Ошибка будет не ее. Пергамент заполнялся текстом с поправкой на дополнение о совместной жизни. Почему-то темная была уверена, что жить с Рысиной больше ей не удастся, но это было неважно, так как в своей комнате Твердохлебова появлялась совсем не часто. Первый раз Эйнэ нахмурилась, когда услышала про силу. Не записывая, она заговорила: - Не-а. Силу искать долго. Кольцо мне как бы нужно в ближайшее время. Давай так, я обязуюсь всеми силами помогать тебе, а ты возвращаешь мне кольцо сейчас. За нами договор, сбежать не удастся, - Темная посмотрела на Алекса, ожидая какой-то реакции, - Что за раскаянье?

Табаки Ши: Эти события происходят позже, чем тёмные дела Кати и Рин. Так что спокойно делаем вид, что не замечаем никого лишнего. хд Осенние ветра продували этажи, заставляя тонкокожих первокурсников слегка ёжиться от холода. Ну а все остальные обитатели замка уже привыкли к здешнему климату и уже вовсю старались влиться в новый семестр. В библиотеку дополнительным порывом ветра ворвалась Таши, а за ней самая настоящая Рысь. Табачница решила основательно и глубоко разобраться в нюансах магического пилотажа. Теперь для работы надобно. А раз решили - так начнёт всё делать прямо сейчас. А без напарника в такие дела нельзя. Где это видано, чтобы слабая и беззащитная девушка ходила одна в читальном зале? А вдруг слишком буйный переплёт нападёт? Или стопки книг завалят. Одной скучно, даже не почитаешь - темно же! - а так если помирать, то с кем-то. А с таким кем-то, как Рысь ещё попробуй умри. Табаки подошла к одному из свободных письменных столов и воинственно грохнула на него руки. - А сейчас мы ищем все-все-все и даже больше о пилотаже, - слегка нараспев проговорила тёмная. - Тут и здесь искать надо. Давай, лишние руки в таком деле не помеха! Таши заприметила кем-то оставленную стопку книг и поспешила просмотреть их, по пути смахнув локтем пару журнальчиков на пол. Эти каталоги с Лысой Горы были не в восторге, конечно, но обидчица уже скрылась с поля зрения, так что жуткая месть была отложена на потом. - И, - вдруг Табачница резко подняла руку, важно выпрямив указательный палец. - Уверенна, что чем ярче и вкуснее обложка, тем больше вероятность, что это то, что нам нужно! Девушка продолжила рыться в книжонках (как хорошо, что эти спокойные попалсь, на первый раз), кидая время от времени своему боевому товарищу что-то по типу "Есть?" и "Оно самое?"

Анна Рысина: Рысина стояла на пороге книжного царства и задумчиво грызла бутерброд, состоящий из куска хлеба и вкуснейшего воздуха – шедевр её кулинарного творчества. Понаблюдав какое-то время за деятельной Табачницей, Рысь только и смогла, что глубокомысленно прочавкать: – Из этих твоих книг нельзя узнать абсолютно ничего нового, — Аннет старательно облизала пальцы и с умным видом бывалого летуна продолжила, — Ты просто садишься на пылесос и летишь. Вздохнув о том, что некоторые просто не умеют радоваться свалившейся на них крохе власти, Рысина гарцующей походкой хромого пони проскакала к ближайшим стеллажам, напустила на себя вид задумчивый и крайне одухотворённый – как и пристало магспирантке с большим стажем (предвидится ещё больший, ибо нет такого дела, которое Рысь не сумела бы не_довести до конца) – и принялась ходить там взад-вперед, весьма старательно изучая тайную жизнь пыли и плесени. Иногда, впрочем, она поднимала рассеянный взгляд на книги и едва слышно шептала названия, забывая их уже спустя мгновение. Невпопад отвечая Табачнице, тёмная решительно выдернула одну из книг, переплет которой пестрил сердечками и обещал "любовь на веки вечные", и не менее решительно уронила еще парочку себе на ногу. На этом с любовью Аннет решила покончить. Как и с тяжелой литературой, перейдя на изучение совсем уж лёгких изданий, толщиной не более 200 страниц. – Ты смотри-ка! – Подскочила вдруг Рысь, тыча пальцем в какой-то журнал, – "Пять раз купим один артефакт". Пять раз! Это же в пять раз больше, чем один. Молча уставившись на Табаки, она как-то странно повела бровями. И еще раз. И ещё. А потом глаза зачем-то округлила. – Ну? – Рысина занервничала, – У тебя же есть артефакт? Так выгодно ты его никогда не продашь. Пять раз! – Аннет восторженно присвистнула и, чуть подумав, добавила, – А ты знала, что лысым покупателям торговцы улыбаются чаще? Ну, это я так... к слову.

Табаки Ши: Таши весьма основательно перебирала стопку за стопкой, вглядываясь в обложки книг. Попадались весьма занятные экземпляры, по типу "Менеджмент и маркетинг на Лысой Горе. Целевой рынок ведьмочек и вурдалаков", но это было отложено на досуг. Сейчас надо делом заняться! А почему именно сейчас Табачница не имела ни малейшего понятия. Так нутро подсказывало. Или просто живот голодный, вот и урчит. Но Табаки уже добралась до библиотеки, и потребности пищеварительной системы были отложены до лучших времён. - Ложь и провокация, - не поворачивая лица от книг, отвечала Таши. - Всегда можно узнать что-то новое. Ты никогда не можешь быть уверен, что знаешь абсолютно всё. И к тому же, - почти эффектная пауза для драматизма. - На каких-то там _пылесосах не летаем-с. Эту "чудо-технику" не признаём-с. Но вполне можем продавать. Еще пара журнальчиков свалилась на стол. Неудобный грибной сглаз продолжал действовать, и вот на языке Табачницы опять проросли ужасно мешающие жить грибы. Как доказывать людям свою правоту, когда язык функционнирует на одну четвертую максимум. Но Табаки пришлось же как-то выживать. Вот и приноровилась аккуратно срезать товар маникюрными ножницами и в пакетик, похожий на места хранения улик из фильмов с полицией и расследованиями-скандалами-интригами. Конечно, весьма действенным способом избавиться от грибных спор мог бы быть огонь, но сжигать себе ротовую полость увы не хотелось. - Фять хо'ошо. Фять пфа'ильно, - тёмная заглянула в предлагаемую страницу каталога. Говорить было затруднительно, так что пару минут ушло на извлечение ножниц из рюкзака и сбором урожая грибов. - А грибы им не требуются? С собственного огорода, кстати. Свеженькие, с пылу с жару. Немного поплевав в сторону, девушка поморщилась от того, что в горле запершило. - Ну развод наверняка в этой статье! Не все же такие талантливые торговцы, как я, чтобы с такой акцией прибыль возыметь, - Таши призадумалась. - Да и нет у меня свободного и ненужного артефакта, который отдавать надо будет возможно в нехорошие руки. Внимательно высмотрев все движения мышц лица Рыси, Табачница одобрительно закивала. - Да, можем потом заняться твоей новой стрижкой! - грибы возвращались потихоньку опять, так что тёмная заговорила ещё быстрее. - И кожу зелёнкой! Для профилактики и сходства с зелёными человечками. Это продажи-то как подымет, ты только подумай!

Анна Рысина: – Моей стрижкой? О, нет, мне такая гадость не пойдет. Но если ты согласишься помочь мне с… – Рыська на секунду запнулась, словно боясь сболтнуть лишнего, – Приобретением. Да, приобретением и последующей продажей артефактов, я согласна взять тебя в долю. Сказано это было таким тоном, словно какао-девица делала Табаки серьезное одолжение и рассчитывала как минимум на щенячью радость и лобызание своих белых рученек. По крайней мере, одну ручонку она уже протянула для благодарственного чмока и, кажется, искренне удивилась нерасторопности девушки. Недовольно дернув плечиком, темная вернулась к поиску… ну, вот того самого, что они тут искали всё это время, и даже рискнула углубиться в лабиринт из стеллажей и книжных башен. По большей части пизанских и доверия не внушающих. Шурша свитками и шелестя книжными страницами, Аннет какое-то время не подавала никаких признаков жизни, за исключением, разве что, сосредоточенного сопения и редких восклицаний, не поддающихся описанию. По крайней мере – цензурному. К Табаки Рысь вернулась, ох, как не скоро (вполне вероятно, что просто заплутала тут с непривычки). Зато в компании солидной стопки книг. С довольным видом спихнув свой груз Табачнице, Анюта торопливо схватила самый верхний томик и, с ногами усевшись на стол, принялась вожделенно таращиться на красочные и весьма аппетитные картинки пошлых десертов с горами крема, кокетливо торчащими здесь и там вишенками и обилием марципановых фигурок. Юной тренерше досталась литературка поскучнее – там почти наверняка не было тортов, зато были книги с изображениями всех возможных ракурсов пылесосов, как минимум одна книга со словом "швабра" в названии и колдокарточки ведьм на мётлах. Одна из таких, правда, красовалась на обложке потрепанного журнала в полуголом виде, но кого это волнует, если тема полётов так или иначе раскрыта в этом издании? Пусть и слегка порнографического характера... Во всяком случае, мётлы, равно как и ведьмы, в том журнальчике имелись, но на всякий случай Рысиной заботливой рукой в стопку были подкинуты и такие брошюрки, как "Что сейчас в моде: метла или пылесос?" и "Собираетесь на шабаш? Выбирайте швабру – она гламурней!" В крайнем случае, всегда можно было обратить своё внимание на увесистый "Справочник по ремонту бытовых приборов", где на 666ой странице нудный автор мучил своих читателей перечнем возможных поломок пылесосов.

Табаки Ши: Читать книжки это, конечно, хорошо. Это очень интересно, познавательно, тыры-пыры. Саморазвитием не брезгуем-с. И от литературы про полетные интсрументы, пилотаж, нюансы игры Таши ждала чего-то невыносимо интересного и захватывающего. А получилось все наоборот. Табаки быстро заскучала и еле-еле перелистывала страницы про не любимые ею швабры. Ну нельзя просто так выбить из человека принцип, что "метлы-швабры для уборки! Как Мойдодыр завещал". Но девушка как минимум уважала этот вид полетных инструментов, как "классику", как один из самых используемых. Только это еще держало её над скучными страничками с немного облезлыми и загнутыми краями. На смену имиджа Рысина не согласилась, чем весьма огорчила Табачницу. Лысина у привлекательных девушек выглядит весьма и весьма симпатично. И поведение у этой звезданутой особы было ох какое подозрительное. Не нравилось Таши, когда её пытаются вовлечь в какое-то непонятное дельце, если ничего не объяснили. Тёмная в таких делах любила быть хозяином положения. Опыт в нелегальных грязных дельцах имелся. Аннушка скрылась в дальних стеллажах, оставив Табаки в гордом одиночестве. Но Рысь соизволила вернуться и весьма демонстративно разглядывать, капая слюной, фотографии десертиков. Табачнице показалось совершенно неприемлемым, что.. что такое смотрят и без неё! Голодный желудок бунтовал. Грибами с языка, если честно, не наесться. Покупателям сего чуда это знать необязательно. Может, только на Таши грибы так реагируют. Она же как пчелиная матка этого добра. В итоге идея прокачать скилл тренерства отошла на задворки сознания и здравого смысла, так что Табаки потеснила Аню чуть в сторонку. - Что за чудеса света ты разглядываешь? - от такого зрелища у тёмной даже грибы во рту приутихли. - Такие беззащитные сладости так фотографировать просто преступление. Какой номер защитников животных? Или это не к ним? Не важно, этих малышей надо беречь и не менее бережно кушать. Разве против этого утверждения попрешь? Девушка задумчиво поскребла затылок. Все-таки эти виды её очень очаровали. Прямо до невозможности. Что вы знаете о любви с этого взгляда? Да самая естесвтенная любовь после этой только у богомолов и их ритуалом отрывать самцам головы. - Надо и нам такое сделать! - радостно воскликнула Таши. - Станем родителями! Тут даже каннибализм не считается. Мы не такие сладкие. Табаки уже отбросила брошюрку про пылесосы подальше. Их нельзя съесть, когда ты голодный. Их может съесть дракон, но не думаю, что это чудище с пылесборником вкуснее тортика со взбитыми сливками. - А тут случайно рецептика не написано? - поинтересовалась Табачница. - Если нет - надо искать и на кухню! Такие дела первостепенной важности откладывать ни в коем случае нельзя!

Анна Рысина: – Если б я знала, что здесь и такое имеется – давно бы зашла в эту вашу библиотеку, – восторженно прошептала девица, любовно поглаживая яркую колдографию неприлично огромного шоколадного торта в шоколадной глазури, с шоколадной прослойкой и кусочками шоколада. В животе у темной призывно заурчало. Табакину попытку урвать впечатлений от самой сладкой (и самой восхитительной) порнушки в мире Рысина посчитала за наглое вторжение в личное пространство. И не то, чтобы Рыська была такой уж жадной… хотя, нет. Именно такой она и была. И отреагировала соответствующе – с недовольным урчанием то локоточком своим остреньким попыталась девицу отпихнуть, то за плечико куснуть, а то даже и пнуть попыталась. Правда, последний манёвр не прокатил – Аннет не желала отвлекаться от рассматривания занимательных картинок, а потому пиналась наугад. Устав понапрасну тратить силы и – чего греха таить – крайне заинтересовавшись Ташиным предложением, Аннет какое-то время задумчиво жевала прядь своих волос, переваривая полученную информацию. – Табаки, – призывно возопила вдруг Рысина, подрываясь с места и стараясь перекрыть вожделенные возгласы своего живота, – Табаки, а давай… давай… Давай борщ приготовим? Никогда не умела его готовить. Но всегда об этом мечтала! – Отбросив в сторону ставшую вдруг ненужной книжицу с тортами, пирожными и другими вкусными словами, Аня кинулась в лабиринт из стеллажей, где, судя по звукам, яростно рылась на полках, пытаясь найти что-нибудь кулинарное. – Знаешь, а ведь каждая уважающая себя жена должна уметь его готовить, – взбудораженная Рысь вдруг возникла рядом с Табачницей, дергая её за рукав, размахивая руками и, кажется, ни на секунду не прекращая двигаться. Словно наркоша под кислотой. – А ты в курсе, что я давно и прочно замужем? – На секунду мельтешение прекратилось, сменившись каменной и даже пугающей задумчивостью, – Ох, ну, конечно же, нет. Мало кто в курсе. Я даже пернатым бестиям не рассказывала. Мужа своего, правда, со свадьбы не видела. Ну, да это мелочи жизни. А вот то, что борщ готовить не умею… Спихнув Табаки стопку пыльных книг на тему щей, борщей и страшных зелий, Аннет вновь исчезла, чтобы продолжить громить полки в глубине библиотеки.

Табаки Ши: - Борщ, - Таши по звукам прожевала это слово. - Давай. Это такое чудо. Он такой вкусный и красный, - как кровь ваших врагов. - Никогда не могла понять, что надо сделать над обычной водой и овощами, чтобы получилась такая вкуснота. И со стороны симпатичная. Предоставленная Рысиной стопка книг была весьма внушительна и очень познавательно. Обычные хозяйки наверняка не знают всех премудростей борща, что в этих книгах написаны. "Эй, а когда Аннушка успела замуж-то выскочить?"- запоздало подумала Табаки, но глава о том, как правильно резать петрушку для этого чудо-супа слишком отвлекала от таких неважных мыслей. Подумаешь, замуж вышла. Девушка-то молодая, красивая. Такой только мужика и не хватает. Не всё ж в девках сидеть. А тут вот как удачно! Осталось только порадоваться а счастье молодых. Табачница решила в будущем узнать личность муженька Рыси. Конечно интересно, кто такую себе загребет не только со всеми достоинствами, но и со всеми другими, уже дурными чертами характера. - Посмотри-ка, - темная восторженно тыкала пальцем на страницу неизвестно какой по счёту кулинарной книги. - Наконец-то толковый рецепт! А если повезет, то и о десертах тут что-то будет. Девушка аж облизнулась. Практика в готовке никогда не помешает. Это очень интересно и занимательно. Например, покрасить руки в цвет свеклы самым естественным способом. - Давай, хватит громить казенное имущество, бери, самое нужное в руки, и на кухню! Чтобы никто нам не помешал, - протянула Таши. Настроение сегодня такое, кулинарное. >>> Кухня

Катя Твердохлебова: Видимо раненый язык Александру уж очень мешал, ибо реагировать он не особо спешил. Ну и ладно, не очень-то и хотелось. Катерина с сожалением посмотрела на руку с отсутствием магического кольца на пальце, когда услышала весьма странный шум. Он шел откуда-то издалека, с каждой секундой приближаясь все ближе. Можно было подумать, что это ученики, но как-то уж слишком страшно и шумно. - Я же не одна это слышу, да? - Катерина обернулась, - Охохо, милый, а разбирайся-ка ты сам, - Эйнэ схватила Рин за руку и потянула за собой к выходу из библиотеки, - А ты идешь со мной.

Рин Нестеренко: - А ты идешь со мной. Твердохлебова, видимо, немного перестаралась, хватая Рин за руку. - Окей, окей. Я не сопротивляюсь, мою конечность можно оставить мне. - Нестеренко очень устала. Несколько суток до этого она не спала по различным причинам, а только появилась возможность отоспаться, как её посреди ночи выдернули во имя Любви (на этом моменте темноволосая тихонько хмыкнула в сторону) в Библиотеку, решать какие-то безумно запутанные проблемы. Темная пошатывалась от тотального недосыпа и чувствовала, что скоро просто упадет. Увидев, что Катерина движется в неопределенном направлении, лишь бы куда, Рин решила заиметь право голоса: - Так, я хочу кофе, тепла и своей кровати. Вообще еще много чего, но пока мне хватит этого. Мы идем в мою комнату. >>Комната

Мефистофель: Почисти зубы и ложись спать Тебя ждет самый страшный кошмар в твоей жизни... Если бы не четыре быстрые лапы, Мефу пришлось бы нелегко. После рождения Антихриста силы все еще не восстановились. Ох уж эти иллюзии. Коридор наполнялся шорохами. Свечи гасли одна за одной. Мефистофель продолжал бежать во тьме. Позади слышалось сбитое дыхание и громкие шаги. Возможно, каблуки. Да, Мефисто никогда раньше так не боялся. Но тут как бы угроза жизни и все такое. А он свое шкурку блестящую очень любит, чтобы отдавать ее на беспредел в руки беспредельщицы. Скользнув толстой черной молнией в розово-черной ленточке (почему она до сих пор на мне?!) на территорию читального зала, кот оглянулся. И что-то гадкое начало хихикать в его нутре. Больше всего это нутро было похоже на известного кота Бегемота с примусом (а я чо? а я ниче, сижу, никого не трогаю, вот, примус починяю). За спиной появилась знакомая фигура. И, медленно оборачиваясь к ней чеширской улыбкой, кот начал расплываться в пространстве. Как удобно. Рукописи не горят, говорите? Но... Найдите хоть одну рукопись в этой гребанной библиотеке. Ахахаха! Гори.

Лой Ивер: Лой бежала следом. Воительницы больше не было. Только она, только ее ярость - изначальная, всепоглощающая. Маленькое черное отродье. Думало, спрячется?! Эмоции захлестывали. Животное ускоряло темп, как и она. Не упустить! Раскрошить на маленькие кусочки. Уничтожить. Тот, кто предал ее, не имел права на существование. Она прыгнула, изогнувшись всем телом. Прижать к полу, смять под тяжестью собственного тела. Потянуть за конечность - не думая, вдруг очнется, черт, это ведь даже не человек! - разорвать, раз разом, раз за разом... Ненависть и ярость окутали с головой. Не существовало больше ничего, кроме нее и маленького демона в теле кота, которому была уготована одна судьба - умереть, сдохнуть, исчезнуть, ну же, ну же!! Лой сама не заметила, как ногти превратись в удлиненные стальные когти, вспарывающие мягкую кожу.

Мефистофель: Демон снова возвращает свою силу. Да, Мефистофель чувствует это. В сжимающемся коме где-то в желудке. Ощущает, как это снова вливается в него горячим, обжигающим и болезненным потоком. Эта энергия. Его, но теперь такая иная. Она. Тут. Дааа, подойди ближе. Покажи мне свою злость, подари мне свою ярость. Разорви меня, растерзай меня. А я буду смеяться. Издевательски. Жестоко. Бред. А пока ведьма сгорает в иллюзии, упиваясь своей местью, вокруг то тут, то там начинает вспыхивать пламя. Огонь. Яркий. Рыжий. Злобный. Вечноголодный и неспособный утолить своей жажды. Жажды боли. Жажды страдания. Жажды страха. Бегите, глупые существа от древнего ужаса. Вы лишь в иллюзии. Вам лишь кажется, что вы подчинили меня себе. Пламя разгорается, постепенно сжирая, сладко причвакивая и потрескивая чернеющими листами книг, превращающимися в тонкие и невесомые, оставляющие странные и пугающие тени на стенах. Одно касание - и все осыпется. Девочка. С безумными глазами. С остервенением на лице. Какая чудесная. Так и хочеся поиграть. Мефистофель любовался бы ею вечно. Забрал бы к себе. В себя. Пил бы ее силу и страсть. На земле и на небе. Вечно. Вместе. Но нет. И одного раза было достаточно, чтобы понять - попытка была неудачной. Почти что фатальной. Для него. Она - сильная. Очень сильная. И бешеная... А он - всего-лишь бес. Возжелавший этой силы. Только и остается, что прибегать к своей изначальной сути. Лукавить. Лукавить и еще раз лукавить. Он, танцуя в черных тенях на стенах, постепенно обретает свой "истинный", привычный облик. Блестящие черные волосы, скрывающие сверкающий адом взгляд, алые губы, растянутые в хищную ухмылку. Он наклоняется над ухом ослепленной местью девочки, что раздирает что-то черное и лохматое, безумно хохоча и радуясь. Он шепчет ей слова. Слова, что слышны только ей. Что касаются ее души, ласкают, заставляя тянуться к нему. Он обещает. То, чего ей хочется больше всего. Больше всего на свете. И во тьме...

Loy Iver: Словно хищная кошка тяжелой лапой била она по маленькому животному телу, раздирая. Глаза застлала алая пелена. Комнату наполнил жар, но она не обращала внимания. Она сама не заметила, как оказалась окружена кольцом бушующего пламени. Книги осыпались пеплом один за другим, ломались полки длинных стеллажей. Вот и стеллажей не стало, лишь пространство. Черное, непроницаемое, вязкое. И она в нем. Но она не видела. - Ты могла бы просто отпустить, - грустно произнесла воительница, печальными глазами наблюдая за своим маленьким отражением, - Быть выше этого... Тогда у него не было бы над тобой власти.. Еще один злой удар в пустоту. В прошлый раз они слились воедино. Сила и сталь Воина и манящая Тьма отражения, превратившись в новую ипостась. Безупречную. Которой нечего было терять, которую нельзя было сломать. Короторую невозможно было контролировать, особенно такими мелочами, как эмоции. Исход их с демоном встреч никогда нельзя было предугадать. Они всегда заканчивались не-о-жи-дан-но. Но она, истинная Лой, единственная, не хотела сливаться с другой. Не хотела слушать ее советов. Она - это она! Никто не заставит ее от себя отступиться! Даже, если это делает ее слабой... Маленькая белокурая девочка с клыкастой гримасой и алыми от безумия глазами сидела на коленях и неистово била черный комок. Злость становилась только больше, с каждым замахом. Убить! Уничтожить! Вдруг. Шепот. Одно-единственное манящее слово, выдохнутое на ухо. Зрачки расширились, и девочка замерла, посередине очередного удара. Тело словно парализовало. Она внезапно поняла, что оказалась заперта в черном вакууме. Не было кота. Не было с самого начала. Искаженное от ярости лицо разгладилось. Он здесь. Поток слов сладким медом ласкал уши. Этот, давно знакомый, такой родной голос походил на мягкий бархат. Он обещал Силу. Он обещал единство. Он обещал приют. Мягкие щупальца обвились вокруг чего-то внутри, проникая все ближе и ближе. Такие приятные. Темные. Манящие. Просто прими, скажи да, и ты обретешь... - Ты предал меня. Ты. Меня. Предал. Кто предает меня, исчезает в Пустоте, - будто по слогам произнесла девочка. Жесткий, веский, наводящий страх тон звучал странно из уст ребенка. Глаза Лой вспыхнули и она резко повернулась к Нему лицом, когтистой рукой обрубая ухмыляющуюся фигуру надвое. Такую прекрасную. - Я уничтожу тебя, Мефистотель. Не здесь и не сейчас. Но ты сдохнешь!!! Эхо последнего крика отразилось от стен черноты, разносясь в вакууме вновь и вновь. Ей кажется, или слова ее, будто подхваченные кем-то, зажившие своей жизнью, не прекращают повторяться?.. Издевается... Играет.

Мефистофель: Черный силуэт, улыбаясь белозубой луной, разрывается напополам. Темные капли летят в стороны, падают на лицо обезумевшей от ненависти. А вслед за ними опадающее разрезанное тело демона взрывается тысячами черных рук. Тянется к ней. Касается ее, сначала ласково, потом грубо, вколупывается в ее кожу, вгрызаясь, проникает внутрь. Добирается до горячего бьющегося сердца. Окружает тьмой, обволакивает, словно насекомые горящую в ночи лампу. Время сворачивается. Всасывая в себя все события. Оборачивается вспять. - Кто ты? - ... - Это не я, кто ты... - Протяни руку... что ты видишь? Отражение плывет, постепенно проявляясь, становясь цветным. И девочка видит себя. - Это ты... я - это ты, - произносит отражение одними губами, и девушка понимает, что ее губы тоже движутся. Она находится не в теле, но чуть дальше. Словно смотрит не глазами, а через глаза. Мефистофель в ней растворяется... с тихим шорохом рассыпающихся сожженных книжных листов: - Это твоя сила. Ты и есть Сила. И понимание, тихое, на кончике языка, на кончике мысли, появляется, медленно и осторожно... Все это время никакого Мефистофеля не было. Все это лишь плод ее фантазии. Девушка в отражении снова теряет очертания, краснея, растекаясь, миг, и оно оказывается красной фигурой позади нее, словно тень, руки к рукам, ноги к ногам. Обними меня. Мы с тобой - единое целое. Пространство начинает осыпаться вместе с ее пониманием, ее осознанием. Их не двое. Все это время она была одна. Все болезненно, но так естественно и органично сливается в один кувшин телесной оболочки. Отражение... Книги пылают. Но рукописи не горят. А каждый знает, что ни одна книга здесь не создана иначе, чем руками волшебников... Вся иллюзия опадает, осыпается, как картина, вместе с ее прозрением.

Loy Iver: Руки маленькой девочки поднялись сами собой, обнимая алую фигуру. Она неожиданно все поняла. Мефистотель, Лой, последние 3 года - все это была иллюзия, придуманная ею же. Все эмоции, преследовавшие ее все это время, на самом деле, не имели смысла. Он всегда был с нею. Желание Силы, единства, признания - все это время это у нее уже было. Следовало только открыть глаза правде. Теперь она знала. Она - Лой Ивер, единственная и настоящая. Все это время она жила в замке, дослужилась до статуса Главы Темного Отделения. Теперь она несет ответственность за учеников и преподает Темные Искусства. Она стала намного сильнее со своих студенческих времен. И как она только могла поверить, что она - чье-то отражение? Лой наслаждалась ощущением воцарившегося внутреннего покоя и ясности. Иллюзия спала, она стояла посреди Библиотеки. Взрослая Ивер - и ее алое отражение, ухмыляющееся на краюшке сознания - улыбнулась и, напевая под нос какую-то песенку, вышла из зала. Коридор

Кай: Ангары >> - Смотри, по магической классификации и саламандры, и драконы относятся к семейству драконоподобных, - Женя ткнула в острую, клонившуюся на бок надпись, заодно загнав обратно букву "р", которую смахнула шкодливая ящерка на картинке, всё норовившая выползти за рамку. - Из-за одного магического источника рождения и того, что оба рода - яйцекладущие… Так что мы с тобой родственники, и хватит ржать! - Дай поржать по-человечески! - Ты не можешь по-человечески, ты наполовину дракон! Кай показал девушке язык и глянул поверх её плеча на джинна, но громкие голоса того не побеспокоили: Абдуллу взяло за прозрачное горло вдохновение, и он ринулся дописывать проклятие, которое двести лет назад оставил на 5, 683 строке - а планировалось ровно столько же, сколько в Иллиаде. Так что дух даже не обратил внимания на то, что кто-то прокрался в библиотеку заполночь. Но тут "залюбовавшемуся" джинном Каю перекрыла обзор тёмная перекошенная харя, раскрыла рот и зарычала, обдав парня смрадом и костями. Кай и дракон отреагировали по-разному: первый шарахнулся назад вместе со стулом, второй прижал загривок и зарычал в ответ. Поэтому белобрысый падал и рычал. Золоторёва, захлопнувшая книгу, бесстыдно хохотала. - …, женщина, - Женька возмущённо округлила рот: так её ещё никто не называл! - Скажи, какого цвета гроб ты хочешь? - Розовенький, в цветочек. Специально, чтобы обеспечить себе посмертное существование в виде призрака: я же не прощу такого надругательства. - Ещё и после смерти тебя терпеть? Нет уж, увольте, я лучше как-нибудь понадёжнее тебя пристукну, - Кай поднялся вместе со стулом и на всякий случай проверил Абдуллу, но вдохновение к тому было беспощадно и наглухо согнуло над столом. - На самом деле, я смотрела виды драконов, - девушка, уже серьёзная, снова села рядом с Каем. - Представляешь, если ты, - Женя вновь открыла ту страницу, отмахнулась от черепа, вылетевшего из драконьей глотки (судя по красноте под глазом, это умение досталось ей методом первой ошибки), и ткнула пальцем в надпись под ящером, - румынский страховидный? - Ка-а-ак?! - дракон на картинке попытался отгрызть Женьке палец, но получил по морде и переключился на Каев нос, недоверчиво ткнувшийся в надпись. - Леший, в самом деле страховидло! - Вот-вот, - девушка покивала, перелистнула страницу и содрогнулась. - Или, упаси Древнир, вот это. - Не дай Сарданапал, - Кай глянул краем глаза и скривился. И тихо добавил: - Он снится мне серебристым. После, глубокой ночью, вручая Женьке рубашку, штаны, Шульдиховы же труселя и провожая девушку до её комнаты, Кай подумал, что всё не так уж плохо, как ему казалось. Только потом оказалось, что всё гораздо хуже. Ангары >>

Александр Ротт: События происходят незадолго до НГ Уже привычным движением размяв спину, уставшую от долгого сидения за до жути неудобным столом, на дико неудобном стуле, еще и с паршивым освещением, что к спине не относилось, но все равно было неприятно, парень отложил в сторону пследний свиток из довольно внушительной стопки. Алекс не был особым любителем книг, но с попаданием в Тибидохс и постепенным осуществлением своих, ни капли не скромничая, грандиозных планов, зависать в библиотеке, тусить с книгами и сражаться с манускрипами различной степени давности, приходилось все чаще. И, казалось бы, этот вечер не отличался от множества ему подобных, но какое-то звеняшее напряжение висело в воздухе и заставляло любознательных отменять свои посещения Храма Книг. Этим вечером между пыльными полками старых стеллажей была назначена довольно важная встреча. Вернее Ротт сам её назначил и даже опустился до просьб в процессе. Оставалась всего пара минут.

Катя Твердохлебова: На самом деле, Ротт немного ошибался, думая, что напряжение, которое и в правду чувствовалось на интуитивном уровне, останавливало любопытных от посещения библиотеки. Скорее наоборот: манило, притягивало, возбуждало интерес. Тем более Катерина кое-что знала о планах парня и никак не могла пропустить такую знаменательную встречу. С едва слышным скрипом дверь отворилась, впуская внутрь тень в капюшоне, которая с видимым усердием пыталась тихо идти. Получалось такое далеко не всегда, но, например, прошлый раз мистер Ротт лежал на полу сие священного места, истекая кровью из-за разрезанного языка. Но это все же лирика и приятные воспоминания, а пока: - Помочь вам, мистер Ротт?

Аида Плаховна: - Мне-ка помоги, девонька, - рассмеялись за спиной Катерины. - Придвинь-ка вон тот стульчик. Хотя нет. Сама озабочусь. Двинься-ка. Зачехленное острие косы взрезало воздух перед носом Твердохлебовой, зачерпнуло ножки стула, как сноп сена, и тот загремел по полу, вторя давешнему скрипучему смеху. Мамзелькина покряхтела - но на стул взгромоздилась с прытью Депрессняка. Следом за Аидой Плаховной, алкогольно булькнув, заземлился рюкзачок. Аида крякнула, заворошилась в рюкзаке, и откинутая крышка фляги с затершимся рисунком пахнула выдержанной медовухой. Довольно цокнув языком, Смерть на службе Мрака подмигнула Ротту - мол, не обессудь, не поделюсь. - Хорошо у вас тут. Славненько. Давненько я вас не навещала, уж год как. Хотя что это я? Летом же наведалась! Как ты, старый хрыч? - черенок косы постучал в книжный стеллаж. За ним тоже булькнуло - Абдулла подавился чернилами. Мамзелькина захихикала и покачалась на стуле. - Славный стульчик. Кажется, на нем кого-то задушили. А это, - черенок косы осиял лёгкой благодатью и Роттов затылок, - за старуху. Авось запомнишь, что невежливо напоминать даме о возрасте! Прервавшись на глоток, Аида взболтнула содержимое фляжки. - Ну, милок, - тон старшего менагера некроотдела был насмешлив, но взгляд - неприятно цепок, - поведай-ка, что такого интересного ты хочешь мне предложить, что мой секретарь не только соизволил отозваться, но даже прошение не потерял. Только быстрее. Мне ещё надобно проверить, хорошо ли отдыхается от меня одной девице.

Александр Ротт: - Помочь вам, мистер Ротт? Ох у Ротта и могло бы бомбануть. Только внезапное появление гостьи, зазываемой ранее с таким упорством, спасло Твердохлебову от длительной добровольно-принудительной, к тому же, до ужаса нудной лекции на тему "Личная жизнь каждого отдельно взятого индивидуума и тысяча и одна причина, чтобы не соваться туда по поводу и без повода". Сохранив на лице свою, уже практически успевшую стать фирменной, рафинировано-холодную улыбку, даже не смотря на подзатыльник, подученный от Аиды, Алекс старался не потеряться в потоках лишней болтовни. - Ну, милок, поведай-ка, что такого интересного ты хочешь мне предложить, что мой секретарь не только соизволил отозваться, но даже прошение не потерял. Только быстрее. Мне ещё надобно проверить, хорошо ли отдыхается от меня одной девице. Усмехнувшись про себя на "девицу", все-таки не зря он торговал информацией, парень ответил после непозволительно длинной паузы: - Я хочу сыграть с тобой в игру.

Катя Твердохлебова: А Катерина конкретно так офигевала от происходящего, что в прочем совсем не мешало ей влезать и веселиться. - Здравствуйте, Аида Плаховна, - улыбнулась девушка, наблюдая, как коса проносится за пару сантиметров от ее лица. Конечно, с трудом верилось, что старуха решит выколоть ей глаза этой махиной, но чувство неприятное, а сделать ничего нельзя. Ссориться с ней желания не было никакого, ибо жить хотелось долго и интересно. - Извините этого, ага, он периодически забывает, что нужно здороваться, - хмыкнула Темная, удержавшись от фразы "да, дорогой?". Интересно Катюхе было просто до безумия, что же решил провернуть Мистер Ротт, и будет ли она иметь к этому отношения. - Какими судьбами тут? - Только Твердохлебова закрыла рот, как услышала ответ. Прошение. - Что за прошение, м?

Лой Ивер: Парк -> Ребята долго поднимались по лестнице, прежде чем оказаться на пороге библиотеки. Лина по привычке хотела пройти через тяжелые дубовые двери, ведущие в читальный зад, но тут на нее сверху вниз кто-то посмотрел. Очень-очень строго. Великий Абдулла ибн Ашшурбанапал, местный джинн, а по совместительству библиотекарь Тибидохса, возвышался над ребятами, словно гора. Бородавки на его призрачном лице, как обычно, бегали туда-сюда, придавая еще более ужасный вид. Лой помнила про интересное восприятие морали Абдуллы - он воспринимал добро и зло совсем по-другому, чем смертные, но иногда и за мелочь мог потребовать смертной казни. Вот Лина и не была уверена, вроде ничего плохого в том, чтобы Главе бегать ребенком по Тибидохсу, не было, а с другой стороны, чего этот старикан так злобно уставился?! И ведь узнал, хрыч старый. Абдуллу и его проклятий боялась даже вампирша, а ведь по статусу она была одной из высших в школе. Больно уж проклятия у него хороши, так легко ведь и не снимешь. - А можно пройти? - пискнула девочка. - Часы приема закрыты, - прогремело на всю библиотеку. Тут Лина догадалась посмотреть за спину джинна. И замерла. - Хорошо-хорошо, - пролепетала Темная, и быстро потащила Алеся в сторону, пока не увидел. Компания, собравшаяся в зале, очень быстро могла раскрыть Лину, а Мамзелькина с косой... А Лине было страшно представить, что сделает любопытный Алесь, если узнает в ней смерть, и какие опыты решит на ней? на себе? поставить. Так ребята и скрылись за проемом. -> Магпункт

Эля Зимина: Мы сидели и курили тупили, начинался новый день. Точнее, новый день уже начался, но фразочка была уж больно привлекательная, посему периодически крутилась в голове Зиминой, забивая эфир и заглушая сигналы с Марса хд Уже с час девушка сидела в библиотеке, клюя носом и порой невидяще перелистывая страницы какого-то учебного пособия. Пособие на такое отношение весьма обижалось, сыпя искрами и скидывая стратегический десант препарированных хмырей. Эль изредка выпускала в ответ искру Спасибо не булькуса, но через какое-то время все начиналось сначала. В очередной раз тряхнув головой, она попыталась выгнать все дурацкие мысли о вчерашнем приключении и сосредоточиться, наконец, на недоделанном нежитеведении. Похлопала себя по щекам, чуток взбодрилась недавно подсмотренным у старшекурсников Кофеус Эспрессо и приготовилась грызть дальше гранит наук. Тем более, один из хмырей уже опасно близко подобрался к пальцам ведьмочки и уже примеривался какой кусочек, да послаще, бы откусить. Снеся щелчком жалобно пискнувшую тварюшку, Эль энергично потянулась взять книгу в руки. Но, кажется, ее чаяниям сегодня не было суждено исполниться...

Хоакин Аристе: Вчерашние приключения не заставили себя долго ждать. После вчерашнего утра на берегу и дня на дереве, вечер показался совсем пустым и одиноким. Хоакин целый вечер, а также следующие утро и день обдумывал, как ему поступить, что сказать и сделать, ведь в искусстве любви он был полным профаном, а влюбился окончательно и бесповоротно. Получив официальное разрешение на ухаживания, Аристе слегка смутился. Нет, он не ждал отказа, скорее даже наоборот, но совершенно испугался того, что делать и как быть. Этим вечером он заставил нацепить на себя свободные брюки, которые совершенно не любил, но выглядел в них просто бомбезно, любимую рубашку без всего и, конечно, неизменные "сланцы", в которых он ходил всегда и везде. Другой обуви даже близко не было. Схватив приготовленный букет полевых цветов, он рванул навстречу своей судьбе. Искать Элли ему пришлось недолго: в комнате ее не оказалось, в Зале тоже, следующим пунктом в его списке оказалась библиотека и да! Удача, девушка находилась там. Хоакин максимально тихо подошел к ней и осторожно накрыл глаза руками. - Страшно? - с улыбкой произнес он, - А это всего лишь я. Поцеловав девушку в щеку, он протянул ей букет цветов. А внутри него находилась маленькая коробочка. Дождавшись, пока Зимина ее откроет, юноша продолжил. - Я должен был подарить тебе его еще вчера, вместо конфеты, - на дне коробочки лежал чистый топаз в виде овала на тонкой золотой цепочке, - Один из символов нашего королевства. Мужчины передают его из поколения в поколение своим избранницам, а те — их сыновьям. Немного промолчав и оценив ситуацию, юноша все же решился добавить: -У меня к тебе предложения. Как насчет свидания на местном кладбище? Я примерно знаю, где оно находится.

Эля Зимина: «Э, кто выключил свет, вертайте обратно!» – пронеслось в буйной Элиной головушке. Но она не успела отшатнуться и приложить наглеца искрой или, по меньшей мере, звуковой волной - но тут послышался знакомый голос. «Ничего себе нежданчик, да я чуть не поседела», - постаралась она совладать с собой: - Да нет, все гут… - аккуратно освободившись от рук принца, она повернулась и встала из-за стола, собираясь нормально поприветствовать его. И тут же получила неожиданный поцелуй в щеку (неожиданно), букет в лицо (совсем неожиданно) и подарочек на шею («синий экран»). «Так он все же не шутил», - глаза у Зиминой сделались несвойственной ей круглой формы. В полном шоке, она немо смотрела на волшебно переливающийся при свете магических светильников камень. Этикет и, пожалуй, какое-то странное чувство, теснящееся в груди, не могли позволить ей отказаться от дорогого подарка, поэтому она просто вложила коробочку в руки Кино и приподняла волосы, наклонив голову. Когда изящный замочек щелкнул и кулон лег приятной прохладой на шею, она тихо, но искренне поблагодарила парня: - Он прекрасен… И как так могло получиться, что из всех камней я предпочитаю именно эти? – задумчиво протянула Зимина, повернувшись, коснулась его руки. – Я буду носить его с благодарностью, Хоакин. После всех этих букетов с нежданчиками, Зимина была уже ко всему, что угодно готова и последующее предложение выдержала стоически, впрочем, не сумев скрыть возбужденный блеск глаз при слове «кладбище»: - Я давно хотела уже там побродить, так что да, согласна. – «Р» - романтика; темная, горячая и опасная :) Что может быть прекраснее, чем попрактиковаться в изгнании нежити одиноким вечером? Разве что делать это не в одиночку... – Погоди минутку, сложу только сумку и сразу отправимся! Усмирив злобное пособие искрой, она запихнула его куда поглубже, туда же кинув тетрадь с ручкой. Букет отправился в другое отделение со встроенным пятым измерением (ох, сколько пришлось Зиминой копить на зачарованный рюкзачок и как кстати он пришелся!) и взяла Кино под предложенную руку. - Летс гоу! Нас ждут великие дела! – улыбнулась она. >>> и они двинулись в путь

Виктория Гроттер: В библиотеке было пустынно. Джинн Абдулла парил над формуляром и выискивал имена должников. Это зрелище приводило в ужас и одновременно завораживало. Дубовая дверь тихо скрипнула и в проеме показалась голова с растрепанными волосами и тут же скрылась. Послышался шепот и две девушки попытались незаметно пройти в библиотеку, но не тут то было. Джинн мгновенно подлетел к ним и начал читать заклинание из своего свитка, который поистине считался самым легендарным. - Эй, стойте!- в панике заорала Вика, - мы все сдали! -Как жаль. Тогда что вы тут делаете? Заблудились? Жилой этаж в другой стороне- недовольно проговорил Абдулла продолжая зловеще ухмыляться. Ох, сколько же учеников пострадало от нее. Сколько учеников под его чутким руководством отправились в магпункт.



полная версия страницы